Фармацевтическая и продовольственная мафия ГЛАВА1

Dima
Сообщения: 45
Зарегистрирован: 16 мар 2012 10:31

Фармацевтическая и продовольственная мафия ГЛАВА1

Сообщение Dima » 05 апр 2012 22:28

ПРЕДИСЛОВИЕ
Представление в серии "Реванш истории: ложные ценности великих рево-люций " книги известного французского ученого, врача и общественного деяте-ля Луи Броуэра — доктора медицинских наук, специалиста по молекулярной биологии и гомеопати "Фармацевтическая и продовольственная мафия" на первый взгляд может показаться неуместным. Однако это только на первый взгляд.
В данной серии книг мы рассматриваем историю не как цепь случайных со-бытий, а как заговор против человечества. Мы исходим из того, что сущест-вует мировое правительство, финансовые олигархи, которые, проповедуя сего-дня идеологии либерализма, глобализма, используют все средства для получения сверхдоходов.
Идея глобализма тесно связана с идеями мондиализма, нового мирового по-рядка, избранничеством и мессианством отдельных наций, народов и является завуалированной формой идеи создания мирового правительства. Благодаря тому, что средства массовой информации контролируются, эти идеи всячески замалчиваются, особенно в нашей стране. Многие считают мысль о существовании центров, вынашивающих идеи мирового господства, несостоятельной. Однако появление в российской "Независимой газете " за 7 сентября 2000 года статьи генерального директора информационного аналитического агентства при Управлении делами президента Российской Федерации Александра Игнатова "Стратегия "глобализационного лидерства" для России. Первоочередные непрямые стратегические действия по обеспечению национальной безопасности" подтверждает существование и влияние мирового правительства на происходящие в мире процессы глобализации. Он пишет: "Ключевым фактором, влияющим на современные глобализационные процессы, является деятельность Мирового правительства. Не вдаваясь в душераздирающие подробности, рисуемые нам многочисленными теориями заговора, следует признать, что эта надгосударственная структура вполне эффективно исполняет роль штаба "Нового мирового порядка". Однако в своей работе эта организация ориентируется на интересы малочисленной элиты, объединенной этническим родством и инициацией в ложах деструктивной направленности. Данное обстоятельство — узурпация власти в Мировом правительстве хасидско-парамасонской группой — требует скорейшего исправления".
Оставим в стороне дискуссии на тему мирового правительства, а обра-тим внимание на тот факт, что интересы мировой олигархии и национальные интересы любой страны не совпадают. Очевидная политика "двойного стан-дарта" Соединенных Штатов Америки и западных стран по отношению к дру-гим странам характеризуется противоречивостью этих интересов. Так, в противоположность интересам народов и стран мировое правительство и мировая олигархия не боится войн и глобальной дестабилизации. Если для наро-дов война — это, прежде всего, человеческие жертвы, а для государств — участников войны — колоссальные материальные потери и угроза национальной

безопасности, то для транснационального капитала война всегда была источ-ником извлечения сверхприбылей и упрочения своего глобального господства.
Не стоят в стороне от современных идеологов нового мирового порядка и финансовые олигархи, контролирующие фармацевтическую и продовольствен-ную промышленность. Разрушение СССР и появление на мировом рынке новых стран, в том числе и Украины, предоставило новые возможности для сказоч-ного обогащения мировой олигархии. Используя все средства для завоевания новых рынков, в том числе мошенничество и подкуп должностных лиц, финан-совые олигархи, стоящие во главе крупных химико-фармацевтических компа-ний, не заботясь о здоровье людей, наполняют рынок различными лекарствами, а масс-медиа недобросовестной рекламой.
Поэтому книга "Фармацевтическая и продовольственная мафия", в кото-рой доктор Луи Броуэр раскрывает махинации всемогущей мафии на основе неоспоримых фактов, как никогда является актуальной. Его стремление к правде вызвано желанием заставить задуматься всех людей над дальнейшей судьбой человечества. Ведь бесконтрольное потребление транквилизаторов, антидепрессантов, вакцин и антибиотиков, угнетающих имунную систему, увеличивает смертность. Изменения в организме человека передаются с гена-ми детям, ведут к вырождению наций. Применение некачественных лекарст-венных препаратов, стимулируется сегодняшней индустрией рекламы в Украи-не и является одной из причин, которая приводит к массовому вымиранию ук-раинского народа. За последние десять лет наше население уменьшилось почти на три миллиона человек.
Непосредственное участие в повышении смертности населения разных стран принимает и продовольственная индустрия. Сейчас впервые в истории порождается новая форма необратимых самораспространяющихся изменений, намного более мощных и живучих, чем все те, которые создавались раньше. Однако особую опасность представляет генная инженерия — проникновение внутрь самого кода жизни и необратимая его переделка.
В генной инженерии новая информация и программы, доселе неслыханные, вводятся в ДНК бактерий, растений и животных совершенно противоестест-венными методами, никогда и ни при каких обстоятельствах не возможны в естественных условиях. Гены, устойчивые к гербицидам, внедряются в поми-доры, что позволяет использовать значительно большие концентрации герби-цидов, чем прежде; бактерии, искусственно созданные при помощи генной ин-женерии, синтезируют гормоны и другие вещества, которые добавляют в корм коровам, вызывая неестественно обильное выделение молока, что в ко-нечном итоге наносит непоправимый вред коровам; другие бактерии изменяют так, как их никогда не смогла бы изменить природа, чтобы выделить из них вещества, требующиеся в медицине и в производстве продуктов питания.
Все это могло бы, при всей своей опасности, все же вызывать восхищение, подобно другим таким достижениям, как электричество или ядерная энергия.
Но в случае с генной инженерией присутствует совершенно новый эле-мент, который делает угрозу неизмеримо большей, чем та, которую влекут за

собой любые другие технологии — это тот факт, что дальнейшее развитие этих элементов, появившихся в результате генных манипуляций, после того как их выпустили на свободу, принимает необратимый, непоправимый харак-тер и, что хуже всего, эти элементы сами способны бесконтрольно размно-жаться.
Активная фаза всемирной революции, которая произошла в 90-х годах XX столетия на территории СССР, принесла в наш хрупкий мир новые потрясе-ния, которые заставляют нас задуматься над дальнейшей судьбой славянских народов, которые постепенно вымирают. Разработанная под диктовку миро-вого правительства и финансовых олигархов расистская теория "золотого миллиарда", согласно которой обеспеченное существование на планете может быть гарантировано только миллиарду человек из наиболее преуспевающих стран, в то время как остальным народам уготована жалкая участь сырьево-го придатка и поставщика дешевого человеческого материала для обслужива-ния интересов транснационального капитала, приведена в действие.
Жителей, которые не вошли в "золотой миллиард", можно травить нека-чественными лекарственными препаратами и кормить продуктами генной инженерии или содержащими вредные для организма химические вещества. Важно чтобы продуктов было побольше, а народ не протестовал.
К сожалению, у нас короткая историческая память и крайне слабое пони-мание реальных механизмов власти в современных демократических общест-вах. В силу свойственных украинской культуре идеалов социальной справедли-вости, гуманизма, правды и добра реальная картина управления обществом остается скрытой от общественного сознания, которое легко мифологизуется и направляется современными приемами массовой пропаганды и внушения. При всей противоестественности этой ситуации для нашего мировоззрения следует признать, что теоретики и практики такой идеологии, присвоившие наше национальное богатство и предавшие нашу страну, не рассматривают нас как полноценных людей и в соответствии со своими убеждениями счита-ют себя вправе творить в отношении нашего народа что угодно — от при-своения общественного имущества до наполнения рынка некачественными медицинскими препаратами и продуктами питания. Это и есть ложные ценно-сти последней бескровной революции 90-х годов XX столетия. Пока мы не усво-им этот урок, мы обречены на вырождение, а страна — на колонизацию. К сожалению, на протяжении многих лет разрушительной революции, которую нашими руками проводили идеологи нового мирового порядка, заменив лозунги французской и русской революций "свобода, равенство, братство " на доктри-ну "общечеловеческих ценностей", мы своей пассивностью и покорностью по-творствовали политике геноцида собственного народа.
Однако сегодня нас не устраивает роль дешевой рабочей силы для "золото-го миллиарда", которую кормят химическими продуктами и лечат препарата-ми, запрещенными к применению в развитых странах.
Профессор Н.И.Сенченко


ПРЕДИСЛОВИЕ
Тот, кто тратит свои деньги на приобретение медикаментов, должен быть совершенно уверен, что это даст хороший результат.
Следовательно, возникает вопрос, каково соотношение между стоимо-стью лекарства и результатом лечения для среднего гражданина Швейцарии, издержки которого на приобретение лекарств возросли до 80%, и который, кроме того, оплачивает свою медицинскую страховку и доверят свое здоровье лечебным учреждениям страны. Ответ на этот вопрос можно найти в ста-тистических данных Федерального бюро статистики в Берне, который приво-дит показатель смертности в результате заболеваний. Чтобы дать точную оценку представленным данным, нужно учитывать уровень изменения числен-ности населения страны.
Ниже приведены цифры, отражающие изменение численности населения страны:
Годы Население
1910 3 753 292
1930 4066 400
1990 6 837 687
Население Швейцарии с 1910 г. по сегодняшний день даже не удвоилось, а с 1930 г. по 1990 год увеличилось примерно на 50 %.
Арифметика достаточно проста: если в 1930 г. 10 пациентов умирали от болезни X, то в наши дни должны были умирать 15 человек, если бы ситуация оставалась неизменной, и менее 15, если бы она значительно улучшилась. В данном случае улучшение ситуации означает, что пациенты имели в своем распоряжении такие лекарства, которые способствовали их излечению, и не умирали от болезни X.
Если сравнить 1910г. с 1990г. и предположить, что 10 пациентов умерли бы в 1910 г. от какой-либо болезни, тогда сегодня 19 или 20 человек должны были бы умереть, если бы ситуация продолжала оставаться неизменной, и менее 20 пациентов, если бы ситуация значительно улучшилась.
Официальные статистические данные, опубликованные в Берне, дают со-вершенно иную картину того, что произошло.
В 1910 г. в Швейцарии умерли от рака 4 349 человек; в 1960 г. — 16 740, а в 1991 г. их число возросло до 16 946 человек. Данные 1992 г. нам неизвестны. Это означает, что по отношению к росту числа населения число умерших по причине раковых заболеваний в 1990 г. должно было бы составлять примерно 8 600 человек, если бы ситуация оставалась на уровне 1910 г., и менее 8 600, если бы ситуация улучшилась по сравнению с 1910 г.
За период более чем 80 лет смертность больных раком увеличилась вчет-веро, а по отношению к числу населения удвоилась, и это несмотря на большие

успехи в области медицины, базой для эволюции которой являлись опыты, про-водимые на животных.
Если мы обратимся к данным за 1930 г., то найдем впечатляющие тому подтверждения. Действительно, в 1930 г. 5 696 человек умерли от рака (5 994, если еще учесть случаи лейкемии и доброкачественных опухолей с летальным исходом); в случае неизменной ситуации (население увеличилось за 60 лет примерно на 50%) в 1990 г. должно было вследствие онкологических заболева-ний умереть примерно 9 тыс. человек и менее 9 тыс., если бы ситуация зна-чительно улучшилась.
Большое число (16 740) умерших от рака в 1990 г. свидетельствует о том, что смертность от раковых заболеваний стала постоянно прогрессирующей величиной, в чем мы убеждаемся при анализе смертельных случаев в промежу-точные периоды времени. После внедрения в лечебную практику химиотерапии это стало более заметно, хотя магнаты химической индустрии и научные ис-следователи регулярно заявляли о том, "что наконец-то найдены новые эф-фективные лекарства для лечения раковых опухолей ". В результате процесс выкачивания денег под новые научно-исследовательские программы для борьбы с раком, "которые должны, наконец, одержать победу над болезнью века", продолжался.
В состоянии ли подобные научные исследования одержать победу над бо-лезнью века, ясно показывают приведенные статистические данные. По соот-ношению к приросту населения многие типы раковых заболеваний поражают сегодня в 8 раз больше больных, чем в предшествующие годы. Число смертных случаев сначала утроилось, затем увеличилось вчетверо, а впоследствии впя-теро. Подобная картина наблюдается и в отношении других болезней: про-грессия ужасающая. Самое лучшее, на что мы можем надеяться, — это ожи-дать удвоения числа смертных случаев, разумеется, по отношению к тому же числу прироста населения.
Число смертных случаев, вызванных сердечно-сосудистыми и церебрально-сосудистыми заболеваниями, удвоилось, в том числе связанных с сахарным диабетом, психическими заболеваниями, ревматизмом и поражением костно-мышечных тканей; в то время как число зарегистрированных умерших в результате болезни Паркинсона увеличилось в 4 раза, а среди страдающих бронхиальной астмой — в три раза и т.д. Число умерших в остальных случаях осталось неизменным, и это еще раз подтверждает то, что если медикаменты и не убивают или не представляют собой какой-либо опасности, то все же остаются паллиативными средствами (временное облегчение), не способными ни облегчить страдания, ни исцелить.
Между тем, появляется новый вид неблагоприятных и смертельно опас-ных болезней: например, ятрогенные заболевания, порожденные научными ис-следованиями, о которых прежде никто ничего не знал.
Рынок по производству лекарств постепенно расширяется, такая же тенденция наблюдается и в других странах. В 1992 г. экспорт медикаментов из Швейцарии достиг уровня 10,4 млрд. швейцарских франков, в то время как импорт составил около 3 млрд. швейцарских франков. В 1992 г. тремя транс-на-

циональными компаниями Siba, Roche и Sandoz, заключены торговые договора только по одному сектору фармацевтических препаратов на сумму более 21 млрд. швейцарских франков. В том же году эти компании инвестировали в на-учно-исследовательские работы и расширение производства новых лекарств 3775 млрд. швейцарских франков, что составляет 18% от общей суммы ос-тальных коммерческих сделок.
Фармацевтическая промышленность обогащается за счет получаемых миллиардов, но эти астрономические суммы не могут гарантировать высокого лечебного эффекта от выпущенных на рынок лекарств. Зато при рассмотрении статистических данных можно найти доказательства тому, что число смертных случаев в результате болезней, на исследование которых затрачены большие средства, за последнее время значительно увеличилось. Нужно быть поистине большим оптимистом, чтобы сказать, что в результате почти векового эксперимента на животных мы скатились до исходной точки, с которой начался длинный путь; в действительности, человечество далеко отступило назад и регресс продолжает свой пагубный марш.
Сегодня чаще всего умирают вследствие неправильного приема лекарств и по причине болезней, которые в течение века изучались на животных. Но за это время человечество не научилось даже проверять лекарства и, совершенно очевидно, что большинство их приводят сегодня к гибели чаще, чем в прошлом. Эксперты констатируют, что мы являемся свидетелями чистого провала исследований, основой которых был эксперимент на животных. Подтверждается также и то, что эти исследования никогда не служили интересам здоровья человека, а, скорее всего, личным интересам тех, кто их проводил и поддерживал. Однако такое исследование, как вивисекция, оплачивается из кармана налогоплательщика, которого ставят в положение вынужденной оплаты губительного исследования, приносящего такие серьезные убытки.
Любопытно сравнить количество погибших в результате несчастных слу-чаев с таким же количеством умерших в результате заболеваний. В 1930 г. 4142 человека погибли вследствие несчастных случаев (аварии, убийства, самоубийства и по другим, не уточненным, причинам); в 1991 г. число погибших составило 5338 человек. В сравнении с приростом населения количество погибших в результате несчастных случаев уменьшилось приблизительно на 85%, несмотря на значительное повышение интенсивности дорожного движения и осуществление регулярных рейсов гражданской авиации.
То, о чем говорилось выше, свидетельствует о существовании лечебной системы, базирующейся на фальсификации, злоупотреблении доверием и мо-шенничестве. В своей монографии "Фармацевтическая и продовольственная мафия" доктор Л.Броуэр, нисколько не колеблясь, разоблачает это мошенни-чество на основе неоспоримых фактов. Он доказывает, что современной ме-дициной руководит небольшая, но всемогущая группа олигархов, стоящая во главе крупных химико-фармацевтических компаний, которой удается, благода-ря колоссальным финансовым средствам, подбирать нужное правительство, политиков, глав лечебных учреждений.

Современные законы позволяют проводить опыты на животных без обез-боливания. Они уже вступили в силу по настоянию тех, кто извлекает из этого значительную прибыль; медикаменты, вакцины, продукты потребления, пред-ставляющие опасность, поставляются и реализуются на рынках через подкуп должностных лиц, несмотря на имеющие место несчастные случаи. Пациент или потребитель оказывается перед лицом настоящих лобби, или групп прину-ждения, о существовании которых он даже не подозревает, но которые над ним доминируют на протяжении всей его жизни. Доктор Л.Броуэр изобличает их и называет такими, какими они есть на самом деле, и за что они должны нести ответственность.
Читать эту книгу — это словно увидеть в зеркале правду, которую от нас скрывает лицемерие властей и государственной цензуры, это значит — самому разобраться в том, что же происходит на самом деле за кулисами тайных сделок, тщательно скрываемых от общественности, это значит — понять, как нужно защищаться.
Эта книга достойна того, чтобы ее прочитали как можно больше людей, насколько это возможно, так как знать настоящую правду — это долг и от-ветственность современного цивилизованного человека.
Милли Шер - Манзоли


Кто не говорит правду, когда она ему хорошо известна,
становится сообщником фальсификаторов и лжецов
Шарль Пегий

ОБРАЩЕНИЕ К ЧИТАТЕЛЮ
Вопреки сложившемуся у вас мнению эта монография написана не с целью борьбы с аллопатической медициной" и ее критики. Я старался оставаться объективным. У меня не было желания высмеивать многочисленный медицинский корпус, уверенный в своем высоком предназначении, увязший в совершенных ошибках, которые могут привести его к полному исчезновению.
Этот медицинский корпус уже потерял свое человеческое лицо, но остается при этом высокомерным и агрессивным и заслуживает больше сожаления, чем порицания. Он замкнулся в самом себе, что частично объясняет тот образ, который он сам себе создал, переходя от корпоративных объединений, что было ему все время свойственно, к широкому промышленному производству, в котором каждый видит себя частицей производства и что соответственно отражает его специфику. Подобная оценка больше всего подходит к терапевтам как наиболее многочисленной категории врачей этого медицинского корпуса, а также к некоторым хирургам.
Терапевты, как бедные предки этого медицинского корпуса, находящиеся сейчас в постоянном поиске какой-то нереальной лечебной истины, являются сторонниками ошибочных и опасных лечебных методов. Капиталистическая система, создав все предпосылки для установления единой монополии лабора-торий, надеялась, что лаборатории постепенно начнут исчезать, растворившись в мелких кабинетных группах, или постепенно начнут попадать под контроль государственных органов. Этого момента следует опасаться, так как уход за больными может полностью прекратиться, как будто бы эти несчастные прихо-дят не за лечебной помощью, а в приют за своей похлебкой. Убедительным до-казательством этому может служить ситуация, сложившаяся в Испании и Вели-кобритании.
Подобная ситуация имеет и оборотную сторону медали, так как нужно признать, что до сегодняшнего дня пациенты были в более выгодном положении, находясь под опекой органов социальной защиты, которые предоставляли больным 100 % компенсацию за консультации, процедуры, обследования и лекарства. И это в условиях либеральной системы, позволяющей увеличение количества консультаций, обследований и приобретаемых лекарственных препаратов!
С помощью социальной защиты отдельные пациенты, постоянно полу-чающие помощь в порядке социального обеспечения, стали злоупотреблять
_______________________________
* Аллопатическая медицина — официальная медицина, использующая для лечения фармацевтические средства, изготовленные путем синтеза в лабораториях и вызываю-щие эффекты, противоположные признакам болезни.
предоставленным им правом получения лечения по самым низким ценам. А от подобного безответственного поведения пострадала преобладающая часть насе-ления страны.
Как медицинский корпус, так и фармацевтические лаборатории, аптекари и свободно практикующие медики хорошо нагрели руки на подобной ситуации. Вполне вероятно, что такая идиллическая ситуация не могла продолжаться дли-тельное время. В течение 2 — 3 лет государство стало принимать меры по со-кращению размеров выплат за оказанные медицинские услуги и приобретенные медикаменты. Бывшие постоянные пациенты вынуждены теперь тратить свои собственные средства и намного реже посещать врачей, что еще больше обострило современный кризис медицинской отрасли, которая начала перепрофилироваться, стала более некомпетентной и допускающей серьезные ошибки при лечении.
Медики-аллопаты в конечном итоге станут жертвами двух обстоятельств. С одной стороны, капиталистической системы, поддержавшей монополию ла-бораторий и создающей условия для падения спроса как на эту категорию вра-чей, так и на их профессию в целом, с другой — неизбежного сползания к од-ному из видов коллективизма, противоположности либерализму, который под-рывает основы государственности и коллективизма.
Таким образом, следует полагать, что натуральная медицина, альтернатив-ная или нетрадиционная, авторитет которой сильно возрос в последние 10 лет, будет и в дальнейшем преуспевать по сравнению с аллопатической медициной.
Настоящая монография, по сути, представляет собой произведение, на-правленное на борьбу против фармацевтических лабораторий. Из-за финансо-вых соображений невозможно издать книгу, содержащую более чем 400 стра-ниц текста, цена которой была бы доступной широкому кругу читателей. Если бы это было возможно, монография состояла бы более чем из 600 страниц. Дей-ствительно, чтобы рассказать обо всех практических делах производителей ле-карственных препаратов, обо всех несчастных случаях за последние 20 лет из-за употребления опасных медикаментов, потребовалось бы более чем 400 страниц. А ведь лекарства, прежде чем попасть в реализацию, получили соответствующее разрешение. Полный список медикаментов, употребление которых уже привело к несчастным случаям и которые были изъяты по этой причине из употребления, представляется трагическим фактом. Такой трагический исход от употребления отдельных лекарств стал настоящей сенсацией, это было широко освещено в средствах массовой информации. И, несмотря на это, непомерно длинный перечень опасных лекарств уже запущен в оборот. Они приводят к фатальному исходу постепенно, их последствия еще неизвестны, а потому и не вызывают никакого интереса у прессы.
В моей книге "Черное досье синтетических лекарств" (издательство "Анкр", 1990 г.) я ссылаюсь на исследования, сделанные по 330 химическим субстанциям, входящим в состав 1400 патентованных лекарств.
Когда известно, что на рынок лекарств поступило более 10 тыс. наимено-ваний лекарств, в том числе больше 1000 различных пилюль, тогда легко можно понять, что более глубокое исследование потребовало бы многих лет работы и вызвало бы необходимость написания многочисленных томов научных трудов.
В качестве заключения я хочу, чтобы вы хорошо усвоили следующее:
— все медикаменты должны рассматриваться как потенциально опасные;
— производители лекарств руководствуются исключительно получаемы-ми от продажи доходами;
— аллопатическая медицина полностью зависит от фармацевтических ла-бораторий;
— лаборатории и аллопатическая медицина находятся под государствен-ной защитой, так как их интересы во многом совпадают;
— любое научное открытие в области общей медицины или внедрение но-вого оборудования в этой сфере работает на систему, созданную тремя партнерами (лаборатории, аллопатическая медицина, государство), и обречено на неудачу, даже если оно признано самым эффективным;
— ради поддержки этой системы трое партнеров идут на сокрытие резуль-татов испытаний или лечения, на постоянную дезинформацию широко-го круга населения, крупные махинации, стараясь таким образом избе-гать давления со стороны специальных групп, составленных из сотруд-ников общественных учреждений, журналов, прессы, телевидения, уни-верситетов и других научных изыскателей.
Многие находят в этом свою выгоду, кроме тех, кого все это касается непо-средственно: больных и общества в целом. Можно согласиться с тем, что обще-ство западного типа, несмотря на высокий уровень цивилизации, пребывает в состоянии приверженности к необычным явлениям и извечной веры в чудеса. Больной ожидает от лекарства чуда, рассматривает его как магическое вещест-во, которое должно вылечить немедленно. При этом он не делает над собой никаких усилий, чтобы понять причины своего недуга и приступить к его лечению природными средствами, которые требуют большей затраты времени и больше терпения.
Подобное потребительское общество бесповоротно движется к своей гибе-ли, так как оно способствует появлению следующих категорий населения:
— больных, состояние которых неуклонно ухудшается вследствие посто-янного приема опасных для здоровья медикаментов;
— личностей, которые становятся больными в результате потребления транквилизаторов и антидепрессантов, вакцин и антибиотиков, угне-тающих иммунную систему;
— родителей, которые передают своим детям гены, подвергнутые дейст-вию токсичных субстанций и различных вакцин. Таким образом, эти родители поставляют обществу хрупких существ, а также физических и умственных инвалидов, которых становится бесчисленное множество и которые представляют собой значительное бремя для общества.
Продовольственная индустрия также принимает непосредственное участие в перерождении рода человеческого из-за технологического применения опас-ных химических веществ, внося дополнение к медикаментозному отравлению. Эти два источника опасного загрязнения ведут к созданию "взрывоопасного коктейля", который в свою очередь способствует быстрому распространению раковых заболеваний, а также других опасных болезней, еще не открытых за 50 последних лет, излечение которых не по силам никакой медицине.
"Лекарство порождает болезнь и нарушения в организме. Вследствие этого автоматически происходит деградация чело-веческого рода. Биологическая болезнь обостряется и прини-мает резко выраженный характер, санитарная ситуация резко ухудшается. Наступает такой этап, когда лечение становится источником различных пороков. Оно притягивает к себе клиен-тов; формирует такой тип личности, который остро нуждается в его помощи. Мы платим очень дорого за медицинский и соци-альный прогресс.
Хотим ли мы, чтобы человечество состояло сплошь и ря-дом из неизлечимых пороков, бесполезных личностей, не мыс-лящих свое дальнейшее существование без медицины и ле-карств?".
Жан Ростан

"На заре третьего тысячелетия все, что касается терапии, уже давно следует пересмотреть. То, в чем остро нуждаются сейчас медицинские работники, — это совершение интеллек-туальной революции, победа в которой создаст благоприятные условия для отказа от устаревших догм, ошибочных принципов и необоснованных притязаний.
Аллопатическая медицина находится в глубоком заблуж-дении, если она питает надежду на свое дальнейшее сущест-вование, если будет лечить последствия, а не устранять при-чины болезни с учетом особенностей человеческого организма.
Болезнь никогда не возникает случайно. Ее появление провоцируется самим ослабевшим организмом и лекарствами, которые воздействуют на живой организм только для того, что-бы его основательно раскачать и создать условия для появле-ния других болезней, чаще всего более серьезных, чем само изначальное заболевание".
Доктор Луи Броуэр
БЕСЕДЫ
Ничего не означающая беседа с одним французским министром
Несколько месяцев назад среди участников одного международного сове-щания я случайно встретил министра охраны окружающей среды одной из стран Европейского сообщества (ЕС). Министр не смог присутствовать на кон-ференции, которая была организована мною в утренние часы для отдельной группы медиков и физиков, прибывших из различных стран мира.
Доктор Броуэр: Господин министр, как Вам, вероятно, известно, в 1990 г. я учредил Ассоциацию борьбы против пищевого и медикаментозного загрязне-ния, которая в настоящее время объединяет более 3 тыс. членов и к которой присоединились руководящие работники других родственных ассоциаций. По моему мнению, я правильно поступил, что создал такую Ассоциацию, и Вы не можете отрицать, что подобный вид загрязнения превышает по своей значимо-сти и опасности все остальные формы загрязнения. Я вхожу в состав Комитета директоров Международного общества врачей в защиту окружающей среды, членами которого являются более 7 тыс. медицинских работников. Комитет занимается также и другими проблемами загрязнения. (Комитет насчитывает сейчас более 45 тыс. членов.)
Министр (с достаточно удивленным выражением лица): Нет, будьте так любезны, извинить меня за то, что я совершенно ничего не знаю о существова-нии этой Ассоциации... Примите мои поздравления... 3 тыс. последователей... Вы достаточно уверены в этой цифре? Можете ли Вы быть более точным и ска-зать мне, не идет ли речь об Ассоциации экологов? ... Экология — именно та область, которой я сейчас занимаюсь. Более 7 тыс. медицинских работников со всего мира занимаются вопросами загрязнения... Это довольно внушительная цифра...
Доктор: Господин министр, речь идет не об Ассоциации экологов, как Вы думаете. Я и мои единомышленники боремся, прежде всего, за то, чтобы ней-трализовать всех тех, кто нагло оскверняет окружающую среду. Чтобы стала достоянием общественности грязная деятельность лабораторий по производству химической и фармацевтической продукции и, конечно, промышленников агропромышленного сектора, которые в огромном количе-стве используют в своей деятельности токсичные химические субстанции.
Министр (в большом недоумении): Но как Вы знаете, производители обяза-ны соблюдать правила, установленные ЕС. Кроме того, в самих государствах, являющихся членами ЕС, действует большое количество контролирующих ор-ганов, стоящих на страже здоровья потребителей...
Доктор: Я в этом не сомневаюсь, господин министр, но я могу привести Вам массу примеров, доказывающих, что подобный свод ограничений и подоб-ный контроль имеют лишь наблюдательный характер или вообще отсутствуют.
Министр (с раздраженным видом): Возможно, не все так гладко, но со временем...
Доктор (учитывая то, что министр в первый раз слышит о такой про-блеме, как продовольственное и медикаментозное загрязнение): Господин ми-нистр, я нисколько не сомневаюсь, что ваша служба уже проинформировала Вас о существующих проблемах продовольственного и медикаментозного загрязнения. А также о той опасности, которую они представляют для потребителей... (Я абсолютно уверен, что его службы ни разу не обратили его внимания на эту проблему...).
Министр (с уверенным видом): Да, совершенно верно, совсем недавно на-чальник моей канцелярии обратил мое внимание на тот факт, что свиньи бель-гийского происхождения...
Доктор (прерывая его): Речь идет не о свиньях или болезнях, которыми могли бы заразиться свиньи вашего государства...
Министр (смущенно): А! Тогда о чем же идет речь?
Доктор: Существует два вида загрязнений: те, о которых кричат средства массовой информации, и те, о которых умалчивают в целях сохранения некото-рых экономических интересов. Говорят об исчезновении так называемого озо-нового защитного слоя, в результате чего опасные солнечные лучи беспрепятст-венно проникают на Землю. О погибающих деревьях — жертвах прошедших кислотных дождей и выхлопных газах, исходящих от автомобильного транс-порта. Об отравлении горизонтов грунтовых вод вследствие неуместного разли-ва нитратных удобрений, пестицидов, фунгицидов и прочих химикатов для борьбы с сорняками, что делает невозможным потребление питьевой воды. Го-ворят о городских свалках, о загрязненном воздухе больших городов, содержа-ние в котором тяжелых металлов выше всех допустимых норм. Но все вышеска-занное это только цветочки. Это только видимая часть айсберга всеобщего за-грязнения. Я убежден, что Вы готовы продемонстрировать самую высокую го-товность к решению всех этих проблем, но согласитесь, что Вы никогда не слышали о продовольственном и медикаментозном загрязнении...
Министр: Это правда, я действительно никогда не придавал этому особого значения.
Доктор: Действительно, подобное загрязнение более значительно и более опасно, так как потребители ежедневно усваивают совершенно спокойно и при полном доверии самые ядовитые химические субстанции. Конечно, существуют различные виды контроля качества продуктов питания, но можете ли Вы мне сказать о существовании подобного контроля медикаментов, которые в изобилии отпускаются врачами и свободно, без всяких рецептов продаются в аптеках?
Министр: Я Вам об этом уже говорил, существует контроль продуктов пи-тания... Что касается проблем медикаментов и проверки обоснованности их отпуска больным, их безвредности — все это не входит в мою компетенцию. Для этого существуют соответствующие структуры... Это, скорее всего, относится к области работы моего друга X, министра здравоохранения и социальных вопросов... Это действительно меня не касается...
Доктор: Господин министр, согласно моим подсчетам, каждый европеец ежегодно поглощает примерно 3 кг нитратов в виде субстрата, накапливающе-
гося во фруктах, овощах, мясе и т.д. В организме человека эти нитраты преоб-разуются в канцерогенные нитриты, вызывающие формирование раковых кле-ток. Добавьте к этому накапливающиеся в растениях субстраты пестицидов, фунгицидов (ядохимикатов для борьбы с грибковыми заболеваниями растений), добавки в продукты питания в виде красителей и консервантов и т.д. Добавьте к этому еще и химические субстанции синтетического или несинтетического происхождения, которые усваиваются организмом в виде лекарств. Не кажется ли Вам, что речь идет о каком-то "взрывоопасном коктейле"?
Министр: Да, действительно, я этого никогда не предполагал. Но не могли бы Вы привести какие-либо доказательства, говоря о канцерогенных субстанциях?
Доктор: Знаете ли Вы, господин министр, что в течение 30 лет были про-ведены серьезные исследования, в результате которых составлен перечень упо-мянутых мною канцерогенных субстанций... В одном из городов существует даже научно-исследовательский центр онкологических заболеваний, который мог бы Вам сообщить перечень этих субстанций...
Министр: Я не знал о существовании подобного заведения. Речь идет о ча-стном или государственном учреждении?
Доктор: Речь идет об учреждении, которое финансируется государством.
Министр (все более и более смущенный): Я изучу эту проблему с начальником моей канцелярии...
Доктор: Знаете ли Вы, господин министр, что в госпиталях на одной из каждых 4 коек находится на лечении больной, болезнь которого вызвана чрез-мерным употреблением одного или нескольких видов лекарственных препара-тов и все это обходится очень дорого для государственной службы социальной защиты?
Министр: Но это совершенно невероятно!
Доктор: Однако все это именно так. В США одна койка из пяти занята больным с медикаментозным отравлением. Отмечается повсеместное увлечение выдачей "переполненных" рецептов пациентам в возрасте старше 65 лет. На отдельных рецептах зафиксировано 18 — 19 наименований выписанных лекарств.
Министр: Но почему же врачи допускают это?
Доктор: Об этом следует спросить самих врачей. Я же только констатирую факты...
Министр: Я обязательно обговорю данные проблемы с министром здраво-охранения, он, вероятно, в курсе подобного положения дел...
Доктор: Вы в этом уверены, господин министр? В прошлом году я трижды просил аудиенции у главы канцелярии министра здравоохранения госпожи И., но ответа так и не получил.
Министр: Это достаточно странно, как правило, каждая мотивированная просьба не должна оставаться без ответа...
Доктор: Тем более что я изложил цель своего возможного визита на трех страницах... Я предостерегал против различных форм отравления продуктами питания и в результате лечения лекарствами химического происхождения...
Министр: Вам, наверное, известно, что в 1992 г. Министерство здраво-охранения претерпело серьезные изменения.
Доктор: Я не хотел бы утомлять Вас этой проблемой... (не имея больше ни-какого желания продолжать дискуссию по этой теме с министром). Ввиду того, что Вы — министр экологии, могу ли я позволить себе спросить Вас, на каких конкретных проблемах Вы сосредоточиваете свое внимание, чтобы со-хранить окружающую среду?
Министр: В настоящее время главная проблема, которую я вижу для нашей страны, - это проблема с государственными и частными свалками, которые представляют собой настоящие очаги заражения под открытым небом. Необходимо издание соответствующих суровых законодательных актов... Невозможно дальше терпеть подобные неблаговидные действия...
Доктор: Вы совершенно правы. Но могу ли я себе позволить заметить, что существует еще одна проблема, не менее серьезная. Это складирование отходов ядерной индустрии.
Министр: Будьте спокойны на этот счет... Все меры предосторожности уже приняты... Руководители и эксперты учреждений, несущие за это ответственность, заверили меня в том, что никогда не произойдет какого-либо инцидента, способного поставить под угрозу здоровье населения...
Доктор: Хотелось бы в это верить. Вы, по всей видимости, целиком дове-ряете своим экспертам...
Министр: Да, так оно и есть.
Доктор: Но кроме той проблемы с государственными и частными свалка-ми, какие другие проблемы стали перед Вами в последние месяцы?
Министр: Они многочисленны. Не проходит и дня, чтобы мои сотрудники не сообщали мне о том или ином происшествии... К примеру, известно ли Вам, что целые жилые кварталы оккупированы полчищами термитов, которые под-тачивают несущие конструкции квартир? Знаете ли Вы, что поступление в про-дажу бензина, содержащего свинец, вызвало протест у населения? Хотя уровень продажи совершенно незначителен... Воздух городов продолжает загрязняться. Это вызывает сожаление. Жители городов не совсем благоразумны... Они не чувствуют за собой какой-либо ответственности... Существует также проблема сокращения числа зеленых насаждений и соответственно исчезновение озоно-вого слоя.
Доктор: Вы действительно верите, господин министр, в подобные завере-ния об исчезновении озонового слоя?
Министр: Конечно, я в этом уверен. Все эксперты единодушны в том мне-нии, что эта проблема вызывает всеобщую озабоченность. Я был в командиров-ке в Рио-де-Жанейро. Об этом много говорили... Ах, Рио! Я там провел замеча-тельные дни... Вы там были?
Доктор: Нет, к сожалению, но я думаю, деятельность в этом направлении не приведет к каким-либо серьезным изменениям... Впрочем, эта тема подвергалась серьезной критике со стороны отдельных ученых. И в дополнение ко всему этому значительное число неправительственных организаций не послали своих представителей на известный международный форум. Хотя именно эти организации выполняют чаще всего более серьезную работу и способствуют продвижению проектов по защите окружающей среды.
Министр (авторитетно): Да, Вы совершенно правы, но членов этих орга-низаций мы можем рассматривать не иначе, как простых собеседников. Они не располагают достаточными финансовыми средствами, и поэтому именно за государством остается право принятия окончательных решений и практических действий.
Доктор: Господин министр, Вы только что говорили о свалках, проблемах озонового слоя, загрязнении окружающей среды, вызванном выхлопными газа-ми, сокращении зеленых насаждений и т.д. Не кажется ли Вам, что эти формы загрязнения представляют собой лишь незначительную, надводную, часть большого айсберга широкомасштабного загрязнения? Предполагая, что Вам удастся решить частично или полностью вышеупомянутые проблемы, Вы буде-те считать, что Вам удалось сделать полезное дело, но при этом Вы не укажете пути к решению не менее важной проблемы, если Вы не обратите внимания на то, что я Вам попытался сообщить. А именно то, что самой серьезной формой загрязнения является загрязнение продуктов питания и отравление медикамен-тами, которые напрямую проникают в живой организм. Другие формы загряз-нения возникают в результате различного рода аварий и имеют не прямое, а вторичное и не настолько серьезное воздействие на живые организмы. Не со-всем обязательно, чтобы все население было связано с общественными или ча-стными свалками, с выхлопными газами автомобилей, лишено благоприятного воздействия озонового слоя и т.д. И напротив, все население, особенно индуст-риально развитых стран, ежедневно и напрямую подвергается загрязнению про-дуктами продовольствия и медикаментами. Каждый день они употребляют пи-щу и достаточно часто лекарства... Предполагая, что Вам и Вашим коллегам удастся восстановить благоприятную окружающую среду и даже вновь создать райский уголок, свободный от всякого рода загрязнения, Ваши усилия будут сведены на нет, так как в этом райском уголке будет продолжаться деградация живых организмов — жертв поглощения токсичных химических субстанций.
Министр: Вы говорите какими-то аллегориями.
Доктор: Совсем нет, господин министр. Та ситуация, которую Вы пред-ставляете себе как аллегорическую, стала реальной уже сегодня для населения самых высокоразвитых государств. Знаете ли Вы, что количество раковых забо-леваний в последние 10 лет увеличилось на 30% и что рак поражает теперь и детей и не только самого раннего возраста, но и новорожденных, чего раньше никогда не было? Знаете ли Вы, что иммунная система человека становится все менее и менее устойчивой вследствие химического загрязнения и особенно частых вакцинаций? Это открытая дверь для более серьезных инфекций, подобных СПИДу... Таким образом, в воссозданном Вами райском уголке, среди великолепных лесов, журчащих чистых водоемов, при вдыхании самого чистого воздуха Вы найдете лишь агонизирующие живые существа, физических и умственных калек, развратников, наркоманов, больных раком, СПИДом, которые будут передавать свои больные гены детям, которые будут уже не в состоянии дальше выжить...
Министр: Кажется, Вы слишком преувеличиваете...
Доктор: Нет, это совсем не так. Знаете ли Вы, что в 1993 г. каждый третий европеец страдал хронической болезнью? Знаете ли Вы, что Ваша страна, дос-таточно высоко развитая, занимает 14-е место среди государств Центральной Европы по состоянию здоровья ее населения? Известно ли Вам, что Ваши со-отечественники занимают 1-е место в мире по употреблению транквилизаторов и антидепрессантов — в 5 раз больше, чем в США? Это объясняет несколько феноменов, причина возникновения которых Вас интересовала: чем, к примеру, объяснить равнодушие отдельных граждан к избирательной кампании и ре-кордное число воздержавшихся во время голосования. Отдельные граждане стали постоянными получателями помощи в виде социального обеспечения и не прилагают никаких усилий, чтобы что-то изменилось в их жизни. Они потеряли всякую веру в свои собственные способности.
Министр: Таким образом, Вы серьезно полагаете, что факт употребления транквилизаторов оказывает влияние на политическую жизнь общества...
Доктор: Да, господин министр, разумеется. Среди населения Вашей стра-ны насчитывается 4 млн. безработных. Эти граждане находятся в постоянном стрессовом состоянии... Они употребляют антидепрессанты и транквилизаторы для того, чтобы как можно легче перенести свое тяжелое социальное положе-ние. Я не говорю о том, что все употребляют эти лекарства, но большинство из них так и поступают. Разве эти люди, исключенные самим же обществом из активной политической жизни, не будут разочарованы в политике? А медика-менты, которые временно облегчают пациенту его нелегкую жизнь, выпущены в продажу не для того, чтобы помочь клиенту выйти из охватившей его апатии, вызванной потерей наиболее важных вех в поиске спокойной жизни.
Министр: Доктор, Вы по своей натуре настоящий гуманист...
Доктор: Да, разумеется, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что я хочу сказать... Я ограничусь лишь фактами... (У меня возникло желание ему сказать: "Вы ничего не поняли", — но я воздержался от откровенности.)
Министр (который наверняка принимает меня за ненормального): Вы от-крываете для меня новые перспективы... То, о чем Вы говорите, представляет очень большой интерес. Но Вам повторяю, что проблемы медицинских вопро-сов входят в компетенцию моего друга министра здравоохранения... (говоря другими словами, это меня совершенно не касается).
Доктор: Проблема медикаментозного загрязнения действительно касается в первую очередь Вашего друга, министра здравоохранения, но я думаю, что этот вопрос и Вас не обошел стороной как министра экологии. Действительно, окружающая среда в широком смысле этого слова включает все то, что имеет прямое отношение к защите живого организма по обеспечению ему максималь-но благоприятных условий для жизни и выживания. Хотите Вы этого или нет, индивидуумы находятся в постоянном контакте не только с окружающей их природой, но также и с тем, что создано руками их самих. Это предприятия по переработке продуктов питания и фармацевтические предприятия. Они состав-ляют неразрывную часть окружающей среды, и люди, в силу сложившихся об-стоятельств, стараются всячески их поддерживать и считают их полезными.
Однако такая поддержка не отвечает их ожиданиям, так как владельцы фарма-цевтических предприятий и аграрно-промышленного комплекса обманывают их надежды и приводят к беспрецедентной санитарной катастрофе в истории человечества. Почему? Все объясняется очень просто. У промышленников лишь одна цель: прибыль во всех ее формах, а не благосостояние членов общества.
Министр: Их нельзя в этом упрекать... Мы живем в условиях рынка...
Доктор: Конечно. Однако нужно было бы, чтобы промышленники соблю-дали определенные правила, проводили регламентные работы, то есть соблюда-ли те условия, благодаря которым они существуют. Однако очень часто они не соблюдаются. Нельзя постоянно контролировать каждого предпринимателя или фермера, как он применяет пестициды и фунгициды, большинство которых используется без учета срока годности. Отсутствует контроль и производителей продуктов питания, использующих красители, искусственные ароматические вещества и консерванты, фабрикантов лекарственных препаратов, которые получили лицензию на их реализацию как прибыльного товара, но опасного для здоровья населения.
Министр: Это само собой разумеется. Существуют правила хорошего по-ведения, которые должны соблюдаться, так я думаю...
Доктор: Вы в это верите. Объясните мне тогда, к примеру, почему в от-дельных регионах Вашего государства горизонты грунтовых вод чрезмерно за-грязнены нитратами, что привело к тому, что вода стала не пригодна к употреб-лению и опасна для здоровья населения. Объясните мне, почему более 600 ле-карств в течение 10 лет были изъяты с продажи после несчастных случаев, про-исшедших с пациентами, которые их принимали... Знаете ли Вы, что в США актриса Мерил Стрип основала известную лигу борьбы против деятельности отдельных производителей фруктовых продуктов, использующих в большом количестве пестициды, и против фабрикантов, которые в изобилии применяют красители и консерванты при производстве фруктовых соков? Фабриканты бы-ли в буквальном смысле бойкотированы и вынуждены изменить технологию своего производства, так как Мерил Стрип вскрыла тот факт, что эти соки, по-требляемые наиболее часто детьми, вызывают у них нарушение умственных способностей.
Министр: Нет, я об этом не слышал...
Доктор: По этому поводу могу ли я позволить себе спросить Вас, что Вы думаете о возврате к биологически чистому аграрному производству? Это также входит в понятие защиты окружающей среды...
Министр: Нет, это не совсем точно сказано. Это касается, скорее всего, моего коллеги – министра агропромышленного комплекса.
Доктор: Да, возможно, Вы правы. Но биологическое аграрное производст-во или его антипод также относится к области окружающей среды. Вы не можете не считаться с этим... Это касается почвы и продукции, выращенной на ней, от этого целиком зависит здоровье всего населения планеты. Господин министр, Вы не можете придерживаться только того круга понятий об охране окружающей среды, который ограничивался бы теми рамками, о которых Вы мне говорили в начале нашей беседы...
Министр: Вы правы, и я благодарен Вам за то, что Вы обратили мое вни-мание на эту форму загрязнения, о которой мне до этого не приходилось даже и думать. В дальнейшем я буду более предусмотрительным. Однако мне необходимо обсудить эту проблему с моими коллегами министрами по охране здоровья и агропромышленного комплекса, которые более компетентны в своих областях, для того чтобы они могли принять жесткие меры по защите здоровья населения... Я убежден, что отдельные меры уже намечены, но еще не приня-ты...
Доктор: Это только Ваше предположение...
Министр: Во всяком случае, каждое государство, являющееся членом ЕС, отныне обязано соблюдать правила, установленные Европейским сообществом. Так, отдельные внутренние нормативные акты любого государства, входящего в ЕС, рекомендовано пересмотреть в соответствии с новым законодательством Европейского сообщества. Теперь мы не можем зафиксировать то положение, которое касается только отдельно взятого государства. Мы можем лишь пере-дать свои предложения на рассмотрение соответствующих комиссий в Брюссе-ле, которые затем принимают окончательное решение.
Доктор: Я об этом не знал, хотя в 1992 г. встретил в Брюсселе главу Каби-нета господина Райпа де Мина, которому мы сообщили о деятельности нашей организации - Международного сообщества врачей в защиту окружающей сре-ды. Представитель господина Райпа де Мина внимательно слушал нас в течение % часа, как нам показалось, с большим интересом, а потом заявил нам, что передаст наш материал для ознакомления своему вышестоящему руководству. Судя по заданным ему вопросам относительно проблем окружающей среды и тем ответам, которые он дал, наша делегация пришла к выводу, что в Брюсселе отсутствует единый коллектив, и что все службы работают разрозненно. Президент нашей ассоциации лишь заметил, что "если я правильно понимаю, то здесь все судят о вещах слишком узкими категориями". С этим замечанием члены нашей делегации вполне согласились. Вот почему, господин министр, я сильно опасаюсь, что решения, принимаемые в Брюсселе, не отвечают нашим ожиданиям... и что проблема продовольственного и медикаментозного загрязнения никогда не будет решена... В Брюсселе, по моему мнению, эта проблема даже не будет поставлена на обсуждение, так как складывается впечатление, что различные комиссии, которые будут ознакомлены с этой проблемой, предпочтут придерживаться уже существующего статус кво. Слишком многие интересы поставлены на карту.
Министр: Что Вы хотите этим сказать?
Доктор: Владельцы предприятий химической, фармацевтической про-мышленности и агропромышленного комплекса представляют интересы круп-нейших финансовых корпораций, это государство в государстве. Они способст-вуют экономическому процветанию нации, вводят новые рабочие места, платят государству различного рода налоги, а оно, в свою очередь, защищает их инте-ресы. Кроме того, отдельные из этих предприятий национализированы... Таким образом, финансовые магнаты держат под контролем политическую власть че-рез свои группы поддержки внутри самого правительства... Вот почему я ду-маю, что ничего не изменится и что промышленники химической и фармацев-
тической индустрии будут продолжать, как и в прошлые годы, навязывать по-требителям свою продукцию с помощью лживой рекламы и постоянной дезин-формации... Господин министр, как нынешний состав правительства, который Вы представляете, так и прошлый его состав поддерживали и поддерживают вышеуказанные ключевые отрасли промышленности. Во все времена существо-вала взаимосвязь между политиками и финансовыми кругами, и не говорите мне о том, что Вы ничего об этом не знаете...
Министр: Действительно, я ничего об этом не знаю.
Доктор: В состав комиссии в Брюсселе входят господа, которых рекомен-довали те самые "правительственные группы поддержки" и которые, следова-тельно, заседают в этих комиссиях, чтобы защищать проправительственные интересы... Каким образом в этих условиях можно надеяться на какие-нибудь изменения? До образования ЕС те же самые господа занимали соответствующие должности в министерствах западных государств... и Вам об этом неизвестно... Будучи экспертами или советниками, эти должностные лица рекомендовали назначать министрами нужных им лиц, не имеющих соответствующей профессиональной подготовки. Отсюда порой решения от-дельных министерств были более чем странными... Я мог бы привести Вам совсем свежие примеры...
Министр: Интересно послушать...
Доктор: Франция была потрясена историей массового заражения перели-ваемой кровью, и Вам это известно. Виновниками этого инцидента оказались не только те, которые предстали перед судом. Премьер-министр и министр здравоохранения при согласии министра финансов умышленно запретили проведение контрольных тестов по составу крови, которые были предложены американскими лабораториями Abbot и Organon. Почему? Потому что некоторые советники премьер-министра, в том числе и Министерство здравоохранения, решили отдать предпочтение на проведение таких исследований с помощью теста Elavia, разработанного производственным филиалом Национального института Луи Пастера. Иначе говоря, было принято решение отдать предпочтение в этом тестировании институту Луи Пастера, 47% всего его финансирования приходилось на французское государство. В результате тестирования оказалось, что через 200 станций переливания крови из-за отсутствия надлежащего контроля качества крови только за август 1985 г. было заражено 1600 пациентов. Знаете ли Вы, господин министр, почему было принято такое нелепое решение? Просто-напросто потому, что советник премьер-министра с 1976 по 1981 г. занимал пост директора Института Луи Пастера, заведующий кабинетом премьер-министра был главным казначеем того же самого Института в период с 1981 по 1983 г., другой советник премьер-министра был генеральным секретарем производственного филиала вышеупомянутого института. Само собой разумеется, что указанные должностные лица повлияли на решение премьер-министра в пользу Института Луи Пастера.
Министр: У Вас нет прямых доказательств. Нельзя предъявлять обвинения без соответствующих доказательств...
Доктор: Доказательства есть, господин министр. Существуют письма, на-писанные свидетелями по этому громкому делу. Их показания были опубликованы в большом французском еженедельнике. Они доказывают неопровержи-мым образом, что своевременное проведение контроля качества крови было заблокировано по указанию вышестоящего руководства. Таким образом, речь идет о ярком примере того, о чем я только что говорил, а именно, что политики не вправе закрывать глаза на то, что совершают ответственные лица, входящие в так называемые группы поддержки... Но если Вам будет угодно, возвратимся к пищевому и химическому загрязнению. Что Вы намерены сделать, чтобы хотя бы его ограничить, не говоря уже о том, чтобы его вообще не допустить?
Министр не имел времени, чтобы ответить на поставленный вопрос, так как один из его советников появился неожиданно и откровенно громко заявил, что подошло время участия министра в одном из последующих заседаний... "Уважаемый господин, — сказал мне министр, я был очень рад встретиться с Вами. Наша беседа была очень интересна... У нас будет возможность еще раз увидеться... Возможно, Вы сможете посетить наше министерство..."
В качестве заключения... Эта продолжительная беседа позволила мне кон-статировать тот факт, что я имел возможность встретиться с любезным минист-ром, но ... у которого абсолютно не было никаких идей по разрешению реально существующей проблемы пищевого и химического загрязнения. Осмыслив мои доводы, он пришел к выводу, что этот вопрос не входит в его компетенцию, а относится к его коллегам из Министерства здравоохранения и Министерства агропромышленного комплекса. Предполагаю, что мне удалось его убедить в необходимости срочного принятия мер по локализации этой формы загрязне-ния, и что он принял решение вникнуть в эту проблему. Министр решил поин-тересоваться, обладают ли министр здравоохранения и министр агропромыш-ленного комплекса точной информацией относительно этого феномена загряз-нения.
Можно реально себе представить, каким будет ответ, если он вообще по-ступит от этих двух министров по вышеуказанному вопросу:
"Дорогой друг, я получил Ваше письмо, в котором Вы обращаете внимание на проблемы широкомасштабного продовольственного (или химического) за-грязнения. Насколько мне известно, в нашей стране подобных проблем сущест-вовать не может, так как Вы не можете отрицать, что на этот счет суще-ствуют строгие законодательные акты, которые были пересмотрены и уже-сточены Европейской комиссией.
Во всех негативных явлениях, которые могли бы иметь место, немедленно были бы оповещены соответствующие службы с целью принятия необходимых мер.
Если эту проблему обобщить, то наши эксперты высоко оценивают ны-нешнюю санитарную ситуацию в стране. Интенсивные производственные процессы не составляют каких-либо проблем для всеобщего загрязнения. Ко-нечно, я могу с Вами согласиться, что могут иметь место злоупотребления или серьезные правонарушения. Но наша служба по пресечению подобных пра-вонарушений проявляет постоянную бдительность.
Примите, дорогой друг, мои наилучшие пожелания".
Предполагая, что у министра охраны окружающей среды после получения подобного послания возникнет желание направить повторное обращение к сво-им коллегам, можно предвидеть, какой будет очередной ответ:
"...Что касается возможного загрязнения, вызванного некачественными продуктами питания (или медикаментами), мое министерство непременно проинформировало бы службу премьер-министра с целью создания соответ-ствующих следственных комиссий, и на основании полученных результатов проверки я непременно бы принял необходимые меры... ".
Говоря другими словами, ничего и никогда не изменится, так как ни один из министров не заинтересован поднимать проблему всеобщего загрязнения, что его обязало бы принять радикальные меры. А именно: пересмотреть всю существующую систему и пойти против национальных экономических интере-сов. Речь могла бы идти о большом объеме работы, который невозможно вы-полнить, а необходимые реформы нельзя было бы проводить.
Каждая из предложенных реформ неизменно встретила бы противодейст-вие в соответствующем производственном секторе и повлекла бы за собой це-почку беспрецедентных экономических, социальных и политических последст-вий. Вот почему читатель этой книги легко поймет, почему она получила такое название.
Государства, какими бы ни были их руководители и сограждане, абсолют-но неосознанно подпадают под зависимость химических индустриальных маг-натов. Химические субстанции природного или синтетического происхождения, необходимость производства которых очень сомнительна, понемногу заполонят секторы пищевого и фармацевтического производства и приведут к серьезным последствиям — прогрессирующей деградации живых организмов, подведут человечество к черте преждевременного и неизбежного исчезновения, если не положить конец этому незаметному и постоянному загрязнению.
На самом высоком уровне, в высших правительственных кругах ничего не будет сделано для того, чтобы устранить эту губительную форму загрязнения. Слишком много интересов поставлено на карту. С этим надо смириться.
Аграрники, которых становится все меньше и меньше, продолжают интен-сивно наращивать свое производство, широко используя удобрения, пестициды и фунгициды; промышленники пищевого сектора продолжают использовать различного рода химические добавки; медики продолжают предписывать ле-карства, изготовленные на химической основе. Каждый находит в этом свою выгоду.
Сегодня каждый третий европеец болеет какой-либо хронической болез-нью, о происхождении которой ничего не известно медикам.
Количество детей-инвалидов имеет тенденцию к постоянному увеличению, а количество пожилых людей, страдающих старческим слабоумием, достигло огромных размеров. Процент онкологических больных достиг рекордного уровня. Человечество становится слабым, а показатель смертности превышает рождаемость.
Какой станет санитарная ситуация в индустриально развитой стране через 30 лет, если ничего не делается для предотвращения химического и медикамен-тозного загрязнения?
Об этом не смею даже и думать.
Дорогие читатели, поскольку правители, удобно усевшиеся в своих слу-жебных креслах, ничего для этого не делают, крайне необходимо, чтобы вы сами организовали систематический бойкот выпуску многочисленной продовольственной продукции, созданной на искусственном сырье, и требовали возврата на рынок продуктов натурального происхождения. Необходимо поставить заслон лекарствам синтетического и полусинтетического производства и требовать возврата к выпуску лекарств натурального происхождения, которые менее опасны для здоровья человека.
В противном случае завтра вы станете умственно отсталыми, безропотны-ми жертвами огромных прибылей, извлекаемых промышленниками химической и фармацевтической индустрии.
Перефразируя Андре Мальро, я хочу закончить этот пролог следующими словами:
"Новое тысячелетие должно наступить под знаком производства про-дуктов натурального биологического происхождения и безопасных лекарств или в противном случае оно никогда не наступит ".
Откровенная беседа: признание владельца предприятия по производству лекарственных препаратов – удачная карьера
В феврале 1991г. я несколько дней находился в командировке на Больших Канарах в качестве международного специального консультанта ИАЕВП (орга-на, связанного с ООН и ЮНЕСКО) и там познакомился в баре отеля, в котором проживал, с одним симпатичным мужчиной.
В результате публикаций в журналах материалов о конференции, которую организовала фирма в Las Palmas, этот мужчина меня узнал по фото и завел со мной разговор, поинтересовавшись о цели моей командировки.
Я ему объяснил, что на Канарских островах с трудом решается проблема питьевой воды (о чем он хорошо знал) и что загрязненность ее вызывает особую озабоченность местных властей. Одна и та же вода для удовлетворения всех запросов клиентов отелей в туристических центрах может трижды циркулировать без фильтрации. Разумеется, воду, которая течет из кранов и в туалетах, не рекомендуют пить, она служит для мытья фруктов, посуды и для поливки садов.
Узнав из статей, появившихся в журналах о том, что я врач, он поинтересо-вался, продолжаю ли я свою практику. Я ответил, что уже нахожусь на пенсии и продолжаю заниматься научными исследованиями в области молекулярной биологии. Это, похоже, ему очень понравилось. Я рассказал, что в 1990 г. я за-щитил докторскую диссертацию в Париже на тему: "Врачи и общество, отно-шение между врачами и химической и фармацевтической индустрией - сани-тарные последствия". В ответ он воскликнул: "Какое совпадение... я как раз был в свое время владельцем фармацевтической лаборатории".
Я встречал этого господина несколько раз, и в очень доверительной форме он рассказал мне следующую историю:
"В 1934 г. в возрасте 29 лет я закончил учебу на медицинском факультете и начал работать в Лионе в качестве терапевта. Мой кабинет, купленный бла-годаря приданому моей супруги, дочери богатого городского торговца, нахо-дился в самом центре города.
Вы, конечно, знаете, каково было молодому врачу без должного капитала начать свою профессиональную карьеру. Поэтому пришлось подобрать супругу из состоятельной буржуазной семьи. Я был не слишком требовательным к тому, что касалось красоты и образования своей жены... Что было самым главным - это величина приданого...
После двух лет тяжелой работы мне удалось сформировать маленькую клиентуру, состоявшую преимущественно из пациентов с ревматическими заболеваниями, страдающих ожирением или нервными расстройствами. Все они входили в окружение моей супруги и ее родителей.
В 1939 г. я был мобилизован. Несколько месяцев спустя, в 1940 г. я вернулся в свой город, имея шанс не находиться в зоне боевых действий и не быть пле-ненным.
Период с 1940 по 1945 г. был не особенно приятным для меня, но и не был отмечен каким-либо происшествием, так как я заявил, что не участвовал в Сопротивлении и что режим Виши меня вполне устраивает.
В эти годы вследствие острой нехватки медикаментов я заинтересовался фитотерапией. Я вспомнил о моей бабушке по матери, которая дожила до 96 лет. Она лечила ревматизм микстурой, приготовленной из листьев ивы, и это ей вполне удавалось.
Изучая этот вопрос, я узнал, что кора, листья и сережки ивы обладают жаропонижающим, седативным, болеутоляющим, противоревматическим и другими свойствами потому, что они содержат салициловую кислоту. Так как большинство моих клиентов, которым я приписывал медикаменты на основе аспирина, часто жаловались на кишечную боль, вызванную этим лекарством, почему бы не попробовать микстуру листьев ивы? Я так и сделал — дал по флакону трем моим пациентам, которые затем прибыли ко мне на повторный осмотр через 2 мес., выражая мне благодарность, так как они почувствовали, что боль в суставах значительно уменьшилась без каких-либо побочных явле-ний. Откровенно говоря, я был очень удивлен успешным результатом лечения. Слух о моих успехах быстро распространился среди пациентов и несколько месяцев спустя я вынужден был еще изготовить нужное количество лекарства. А для того чтобы это сделать, мне нужно было собирать листья и кору ивы далеко за пределами Лиона, заготавливать спирт у моего друга - фармацевта, искать стеклянную посуду, готовить настойку и пропускать ее через фильтр. С другой стороны, я давал себе отчет в том, что занимался фармацией, не имея на это диплома, и днем позже или раньше, вследствие болтливости некоторых пациентов я рисковал иметь неприятности со стороны Наблюдательного совета медиков и фармацевтов и понести наказание за нелегальную практику изготовления лекарств. Я решил, в конце концов, заключить
соглашение с моим другом-фармацевтом, который взял отныне на себя обя-занность по приготовлению лекарства и его продаже. Прошло три года; мой препарат реализовывался успешно, однако стало очевидным, что я и мой друг работаем не на равных условиях.
В 1953 г. я установил контакт с лабораторией, которой предложил свое лекарство. И вскоре понял, насколько я был наивен, совершив такой необычный поступок. Меня принял напыщенный директор, который проинформировал ме-ня о том, что его предприятие с 1943 г. специализируется на изготовлении лекарств, содержащих салициловую кислоту и что производство таблеток его вполне удовлетворяет. Он мне объяснил, что хотя это лекарство обладает нежелательными последствиями (какими - он не назвал), оно представляет собой одно из лучших болеутоляющих средств на французском рынке. Он поку-пает исходное сырье в Германии и выпускает таблетки с добавлением карто-фельного крахмала и др. Зачем ему усложнять себе жизнь, используя какую-то кору ивы? Для этого потребовалось бы полностью перестраивать весь техно-логический процесс... Я напрасно пытался ему объяснить, что при использова-нии коры ивы можно избежать нежелательных побочных явлений.
Вернувшись к себе в совершенно расстроенных чувствах, я внимательно проанализировал нежелательные побочные явления лекарства, изготавливае-мого этой лабораторией. Перечень их был достаточно длинным: шум в ушах; воспаление уха; цефалгия (головная боль); боль в брюшной области и в области желудка; кровотечения из прямой кишки; кровоточивость десен, носовое кро-вотечение, кровавая рвота; отеки, крапивница, астма, повышение чувстви-тельности кожи и ряд других.
Я предполагал, что, возможно, побочные явления возникли в результате передозировки, которую могли допустить отдельные пациенты, а также вследствие того, что слизистая оболочка пищевода длительный период време-ни подвергалась воздействию этого лекарства (что бывает часто с некото-рыми пациентами). Все это могло привести к серьезным изменениям.
В 1955 г. отец и мать жены умерли, и моя супруга как единственная дочь получила значительное наследство. Мне тогда пришла идея приобрести лабо-раторию и оставить профессию врача. Я убедил свою жену передать в мое распоряжение необходимую сумму для этой покупки. Я купил старую лабора-торию, основной продукцией которой был выпуск двух видов лекарств, оказы-вающих желчегонное действие: стимулирующих образование желчи и способ-ствующих выведению желчи. Я принял на работу начинающего фармаколога и приступил к перепрофилированию лаборатории. Под влиянием своего фармако-лога и совершенно не разбираясь в химии, я предпринял попытку получить раз-решение на продажу трех новых препаратов, продолжая выпуск лекарств желчегонного действия. Один из новых препаратов должен был обладать сильным болеутоляющим свойством, другой - слабительным, третий — от-харкивающим. По мнению моего фармаколога, эти три препарата должны были обеспечить высокую рентабельность моей лаборатории. Как Вы видите, уже не стоял вопрос о приготовлении лекарства из листьев и коры ивы.
Как и большинство других лабораторий для приготовления первого лекар-ства мы использовали салициловую кислоту и добавляли к ней немного эфедри-на. У нас оставались лишь опасения о возможности появления нежелательных побочных явлений. Что касается формулы слабительного, она прямо исходила из формулы желчегонного средства, которое уже продавалось на рынке, и к нему просто-напросто был добавлен метоклопрамин. Наконец, формула от-харкивающего средства содержала кодеин с добавлением нескольких хорошо известных настоек. Ничего не было экстраординарного в том, что мне удалось в нормальные сроки получить разрешение на реализацию этих препаратов. В течение нескольких лет, благодаря рекламе и удачной торговле, моя лаборатория сделала существенный товарооборот и получила значительную прибыль.
Я продолжал сотрудничать с небольшими лабораториями. В возрасте 61 года, добившись солидного положения, резонно было бы оставаться на том же уровне. Однако этого не произошло, а мою историю слишком долго рассказывать... Общеизвестно, что чем больше зарабатываешь денег, тем больше хочется их иметь, но, получив непрофессиональную консультацию одного из моих служащих, меня втянули в авантюру, по меньшей мере, опасную. Моя лаборатория попыталась разработать медицинскую формулу нового препарата, что принесло мне немало хлопот... Короче говоря, она начала изготавливать новый препарат против боли, исходя из новой формулы, и это было очень большой ошибкой. Много сигналов поступило в Национальный центр фармакологического надзора о зарегистрированных несчастных случаях, вызванных употреблением этого лекарства... В связи с этим стало очевидным, что на этом лекарстве невозможно заработать, и тогда я был вынужден снять этот препарат с розничной продажи. Я чувствовал себя ответственным за то большое количество проблем, которые доставил этот препарат некоторым покупателям, но в то же время я не чувствовал своей вины, так как все те, которым он не помог, страдали аллергией, а этого я никак не мог предвидеть. В то же время я сознавал, что не я был изобретателем этого препарата...
Как видите, мне 77 лет и я живу в Лас Пальмасе с солидной пенсией... Пять лет назад я овдовел. Мою яхту можно увидеть из моей виллы. Яхта и вилла купаются в лучах золотистого солнца в течение всего года. Благодаря солнцу меня не очень беспокоит ревматическая боль... Нужно подчеркнуть, что я никогда не принимал препаратов аллопатической медицины и что я ле-чусь гомеопатическими средствами.
Я располагаю большими доходами от удачно вложенного капитала в раз-личных иностранных государствах. Я никогда не доверял экономической поли-тике моей страны. Что касается моей лаборатории, проданной 12 лет назад, она стала очень рентабельной и выпускает до 12 препаратов, в том числе пси-хотропного, контрацептивного и антигипертензивного воздействия.
Очень жаль, что во время моей деятельности эти препараты не пользова-лись таким большим спросом и такой популярностью, как в наше время, и у врачей, и у пациентов. Вполне очевидно, что именно с такими препаратами
можно заработать очень большие деньги. Я же все время был человеком сред-него достатка с заработком всего несколько десятков миллионов франков.
Как я прочитал недавно в одном из медицинских испанских журналов, одно только антигипертензивное средство под названием "каптоприп", изготовлен-ное лабораторией Squibb, достигло рекордной цифры продажи в 1989 г. -
1 млрд. долларов...
Я ни о чем не сожалею... Я очень хорошо жил... Если Вы хотите. Вы мо-жете приезжать ко мне время от времени... Я Вам расскажу, как я вел свое дело. Вы даже не можете себе представить... ".
Этот человек меня заинтересовал, и я нанес ему визит. И вот о чем я уз-нал:
"Знаете ли Вы, спросил он меня, каким образом рождается идея о новом лекарстве? Это совершенно просто, я так делал сам. В первую очередь нужно изучить, какая болезнь вызывает больше смертных случаев в мире. Затем изу-чить все научные исследования, выполненные в этой области, открытые пуб-ликации (без приведения каких-либо доказательств о правильности выдвинутой научной гипотезы), а затем организовать выпуск лекарства, которое, по воз-можности, не должно вызывать вредных и нежелательных последствий.
Я не могу Вам сказать, какой препарат был изобретен в моей лаборато-рии, так как он продолжает до сих пор реализовываться на рынке и представ-ляет собой всего-навсего плацебо (индифферентное вещество, по внешним признакам имитирующее какое-либо лекарственное средство и не дающее никакого лечебного эффекта).
Заработав на этом в 1970 г. солидную сумму в 100 тыс. франков, некто профессор X. заявил в беседе с агентством Беша, что он только что выпустил революционно новое лекарство, предназначенное для понижения содержания холестерина в крови, который является причиной большого количества сердеч-но-сосудистых заболеваний. Сообщение об этом изобретении было распро-странено на следующий же день местными радиостанциями. Многие журна-листы из различных издательств ринулись к профессору X., чтобы взять у него интервью. Профессор в сердечной обстановке представил журналистам своего сотрудника-фармаколога И., который ему помог в создании этого чудесного средства. Он объяснил, как ему пришла идея создания нового препарата, какова его особенность и каково его воздействие на организм. В своей гуманной речи он заявил, что, будучи медиком и ученым, он желает лишь одного — здоровья всем.
Журналисты остались довольны. Появились статьи со следующими заго-ловками:
"Только что произошло одно из самых великих открытий века", "Появи-лось новое лекарство с чудесными свойствами", "Нужно еще и еще раз отдать должное французскому гению...".
Через некоторое время профессор Скот и его сотрудники из университета Висконсина обратили внимание на то, что это лекарство не было проверено экспериментальным путем, как того требует законодательство. Вся заслуга в этом сенсационном открытии, в конце концов, была отдана профессору X. и фармакологу, в том числе и моей лаборатории, которая приняла участие в подготовке к продаже этого медикамента и других популярных препа-ратов.
Я хорошо заплатил одному из журналистов крупного французского меди-цинского журнала и передал ему текст на 3 страницах с условием, что они не будут подлежать редактированию. В статье рассказывалось о глубоких ис-следованиях, проведенных моей лабораторией при подготовке к выпуску препа-рата, понижающего уровень холестерина в крови. В качестве доказательства приводились выдуманные статистические данные, свидетельствующие якобы о снижении уровня холестерина после приема препарата, и что данные мне были переданы врачом-экспериментатором на последней стадии клинических исследований. Нужно признать, что первые проверки не были достаточно убе-дительными, а поэтому мне было рекомендовано во время передачи результа-тов исследований в комиссию для получения разрешения на продажу изъять из досье результаты первого клинического исследования и представить второй вариант с подтасованными результатами. В этом втором отчете, конечно, сведения об уровнях холестерина были искусственно занижены для того, что-бы показать эффективность этого препарата.
Спустя месяц я получил все же разрешение на организацию продажи после отправки большого отчета с совершенно искаженными результатами. Коро-че, должен Вам сказать, что якобы входящая в состав препарата чудесная химическая формула, позволяющая понижать уровень холестерина, была чис-той воды выдумкой. Эта чудесная химическая субстанция никогда реально не существовала и вовсе не была изобретена. В интересах дела мы взяли несколь-ко растворимых ферментов, способствующих пищеварению, и дали им назва-ние "средство, понижающее уровень холестерина".
Вы знаете, дорогой господин, что открытие истинно новых препаратов возможно благодаря научным исследованиям исключительно в области биоме-дицины, а не фармацевтической промышленности. Бюджет, который бы нам потребовался на исследование новой формулы, был бы настолько высок, что мы в дальнейшем в течение нескольких лет не заработали бы ни копейки на этом лекарстве, если бы даже новый препарат хорошо реализовывался, по-этому подобные научные исследования передаются большим лабораториям, имеющим достаточные средства.
Фиктивных препаратов, как тот, о котором я Вам только что рассказал, насчитывается десятки тысяч во всем мире. Они не причиняют никому ника-кого вреда... Но этого нельзя сказать о серьезных сильнодействующих препа-ратах, но в то же время опасных. Поэтому я хочу Вам сказать, что именно производители лекарств, не имеющие достаточного финансирования, дают данные в знаменитый словарь Видаль о нежелательных или побочных действи-ях своих препаратов, о всех противопоказаниях к их использованию. А, следо-вательно, врач, который пользуется таким справочником, получает только ту информацию, которую ему сообщили. И бесполезно говорить о том, что даже указанные побочные действия лекарств могут быть смягчены, а иногда и со-вершенно не указаны.
Каждый год, насколько это возможно, мы проводим настоящие симпо-зиумы, конгрессы, на которых заслушиваются фиктивные доклады с фиктив-ными статистическими данными, с фиктивными графиками и сообщением о фиктивных результатах, достигнутых при продаже нашим пациентам выпу-щенных лекарств. Конечно, мы финансируем журналы, например "Медицинский еженедельник" для того, чтобы освещать работу этого конгресса или симпозиума с приложением некоторых фотографий, как будто это какое-то событие, и что именно этому журналу удалось узнать и довести до своих читателей информацию о каком-то новом препарате. Мы поступаем, таким образом, не только с медицинскими журналами, а также и с другими. Все это стоит больших денег, и наш бюджет для рекламы достаточно большой. Медикаменты продаются таким же образом, как, к примеру, стиральные порошки.
А теперь, если Вы этого хотите, я обойду молчанием форму подготовки так называемых высококлассных рекламных агентов. Мы отдаем предпочте-ние молодым и красивым женщинам, которых робкие врачи не смеют не при-нять. Женщины, благодаря своему обаянию, более убедительны, чем мужчины, и делают больше для рекламы нашей продукции. Хорошая группа маркетинга, безусловно, более рентабельна, чем служба научных исследований.
Мы заключаем договоры с некоторыми частными врачами, а часто и с медицинскими клиниками, которым мы перечисляем значительные суммы де-нег, если они доказывают нам, что они назначают пациентам наши препара-ты. Еще несколько лет тому назад мы пользовались другой практикой — это маленькие подарки в виде медицинских принадлежностей, ящиков шампанско-го, виски или коньяка. Иногда мы организовывали для таких врачей поощри-тельные поездки, если они добивались высокой рентабельности от проданных медикаментов. А теперь вследствие высокой конкуренции мы платим им толь-ко деньги. А чтобы объяснить налоговым структурам подобные перечисления, мы называем их в наших отчетах как "помощь для научных исследований" или "субсидирование для проведения экспериментов". Медики стали все более и более требовательными, порой они не отказываются и от шантажа.
Во время нашей первой беседы я Вам сказал: я заработал много денег, но я никогда не инвестировал заработанные средства во Францию, ни в одну из от-раслей нашей страны. Я не могу Вам объяснить, как мне удавалось переправ-лять мои доходы, очевидно, Вы понимаете, почему. Но если Вы желаете в этом разобраться, я Вам советую прочитать книгу "Власть в швейцарских банках" Жана Сонье (издательство "Актуальное время", 1982 г.), а также кни-гу "Истинные властелины мира" Луи Гонзалез - Мата (издательство Грассе, 1979 г.).
В мае 1992 г. я узнал, что доктор X. умер. Я не могу сказать, что эта но-вость меня очень расстроила... У меня уже тогда была мысль написать произве-дение, которое вы сейчас читаете. Откровения пожилого человека воодушевили меня.
"Наиболее благоприятным временем для пресечения каких-либо правона-рушений является тот день, когда тебе удается об этом узнать", — сказал в свое время Орельян Шоль.
Это произведение, название которого может показаться довольно стран-ным, было написано не для медицинского корпуса, а для тех, кого называют широкой публикой. Говоря журналистским языком, эти два слова имеют скорее пренебрежительный оттенок. Под словами "широкая публика" подразумевается масса "незнаек" и глупцов, которых можно информировать или дезинформиро-вать в зависимости от обстоятельств, требований времени, моды или часто по желанию, исходящему от правительственных "групп поддержки". Таким обра-зом, сама того не подозревая, эта "широкая публика" легко управляется или одурачивается всевозможными способами. Осознание подобной манипуляции общественным сознанием приходит к очень незначительной части населения, но той, которая и не пытается что-то изменять. Их реакция ограничивается на-правлением писем в редакции журналов, газет, которые имеют рубрику "письма читателей". Там их отбирают, возможно, печатают, а иногда и пишут ответ.
Что касается писем, направляемых в различные редакции телевизионных компаний, то на них никто не обращает никакого внимания. Подобным образом происходит и с той корреспонденцией, которая направляется в различные министерства, а особенно в министерства здравоохранения, по крайней мере, во Франции.
То, что на языке демократии называется свободой волеизъявления, которой на самом деле нет, это вам предложение, если Вы являетесь стойким граждани-ном по отношению к манипуляциям над вашим сознанием, открыть на свои собственные средства газету или журнал, где вы сами сможете выбирать, как вам убеждать возможных читателей. Но как вы понимаете, это совершенно не-реально.
Мы, медики, понятие "широкая публика" используем без пренебрежитель-ного оттенка, так как болезнь может поразить как глупцов, так и интеллигентов, и наша обязанность состоит в том, чтобы лечить пациентов без какого-либо разграничения. Рак предстательной железы у слабоумного имеет такую же клиническую картину, как и у главы государства.
Всякий человек, если ему объяснить, легко способен понять, что постоян-ное введение в его организм каких-либо химических субстанций является про-тивоестественным, что сам организм попытается их отторгнуть, так как они ему совершенно чужды, особенно если эти химические субстанции являются еще и синтетического происхождения. Любой живой организм, а особенно человеческий, является по своей натуре неприкосновенным и должен оставаться таким навсегда. И если какой-либо чужеродный химический элемент вдруг и проникнет в него, то это должно быть чистой случайностью. Только те химические элементы воспринимаются живой клеткой, которые способствуют ее нормальному росту и процветанию, т.е. поддержке гомеостаза. В прежние времена такими полезными для жизни элементами природа щедро одаривала человека. И нам хорошо известно, что многие из таких жизненно важных элементов, которые
могли бы находиться в продуктах питания, уже бесследно и навсегда уничтоже-ны вследствие всеобщего загрязнения.
В течение многих тысячелетий человек открывал в природе (растениях, камнях, металлах) необходимые элементы, способствовавшие лечению, а самое главное - избавлению от множества болезней. Лечение, опирающееся на много-вековой опыт, хотим мы этого или нет, приводит нам неопровержимое доказа-тельство своей высокой эффективности. Доказательство состоит в том, что к началу нового тысячелетия мы до сих пор живы, благодаря крепкому здоровью своих предков и тому, что методы их лечения еще не забыты. Кроме того, вы-держав испытания в течение многих десятилетий, эти методы лечения выдер-живают новую волну своей популярности и никогда не должны быть забыты.
На самом деле самый лучший врач — это ты сам. Все самое полезное для своего организма человек может найти в природе, там, где он родился и живет.
Настолько парадоксально, насколько это может показаться, но алло-патическая медицина представляет собой искусственное создание, изобре-тенное и систематизированное глупцами, карьеристами и шулерами наподобие Луи Пастера и Клода Бернара.
Отбросив все то, что было накоплено в лечебной практике и не раз уже до-казало свою эффективность, во имя своих, как будто научных, механистических принципов, физиологи обрекли себя на неизбежное поражение, приступив к разработке лечебных аллопатических правил, вводя в заблуждение не только больных, но и весь медицинский корпус.
Сегодня весь медицинский корпус — сторонники аллопатической медици-ны, видимо, не отдают себе отчета в том, что догмы, навязанные им сомнитель-ными авторитетами, являются предметом дискуссий, а прогресс в области вспомогательной биологии следует поставить под сомнение; что любое поверх-ностное и необоснованное лечение бесполезно и даже опасно... Современный человек или тот, кто претендует так называться, уже давно оторвался от глубо-ких корней своих предков. Он позабыл и растерял все накопленные столетиями методы лечения природными средствами. В сознании большинства граждан уже укоренилось мнение, что лекарственные препараты, изготовленные аллопатической индустрией, обладают высокими лечебными свойствами...
Но это самообман, тем более, если это касается лечебных свойств синтети-ческих препаратов. Если некоторые из антибиотиков и обладают способностью спасти человека от гибели, то большинство препаратов, в состав которых вхо-дят элементы, полученные искусственным путем в фармацевтических лабора-ториях, наделены первичными или вторичными уровнями вредности. Некото-рые из них убивают живые клетки постепенно изо дня в день.
Человеческий организм представляет собой четко отлаженный механизм высокого уровня сложности. И как всякий механизм, он требует постоянного поддержания в хорошем состоянии и бережного с ним обращения для того, что-бы он мог функционировать как можно дольше. Но как любые механизмы спо-собны выходить из строя из-за несовершенной конструкции, так и некоторые организмы, генетически плохо запрограммированные, подвержены различным расстройствам. Любой человек с момента своего рождения имеет лишь ему свойственные особенности роста и гармонического развития и совершенно отличается от подобных ему индивидуумов, даже с лучшими генетическими свойствами. Как нормальное генетическое развитие, так и пороки, передающиеся через зародышевые клетки, оказывают влияние в первую очередь на жизнеобеспечение человеческого организма на протяжении всей его жизни. Мгновенно невозможно нарушить сформированный на протяжении долгих лет генетический капитал человеческого организма. Вот почему в настоящее время известно более 3 тыс. различных болезней, вызванных нарушением генетического материала человеческого организма. В наши дни существует две категории людей: те, которые не уделяют должного внимания ни своему организму, ни тому, что есть у них самого ценного — здоровью; и другие, которые наоборот чрезмерно о нем заботятся и слепо доверяют синтетическим препаратам, которые чаще всего токсичны и "взрывоопасны".
Таким образом, эти препараты, включая и вакцины, ассоциирующиеся с химическими субстанциями, необратимо поражают генную структуру взрослого человека. Гены неизбежно теряют накопленные годами свои положительные свойства. Отсюда - каждый год у детей обнаруживают многочисленные болезни, следствием которых являются генетические нарушения.
Как продукты химического производства, так и те, кто их изготавливает, виновны в деградации здоровья населения планеты. К ним следует отнести и производителей фармацевтической продукции. Представляется парадоксальным то, что медикаменты изготавливаются именно с целью лечения и оздоровления больных. Более парадоксальным является и то, что вакцины, призванные защитить совершенно здоровых людей от инфекционных заболеваний, способны вызвать у них ослабление иммунной системы или более того — передать организму вирусы животного происхождения, способные не только исказить, но и видоизменить генную систему человека. Эти вирусы способны слиться с теми вирусами, которые уже находились в организме чело-века в "состоянии спячки", то есть в неактивной форме.
В этом контексте аллопатическая медицина выступает в роли "раздатчика" или "продавца" химических препаратов, изготовленных фармацевтическими лабораториями. Из этого можно сделать логический вывод о том, что аллопати-ческая медицина состоит на эксклюзивной службе у этих лабораторий, так как она не признает никакого другого вида терапии, кроме лечения лекарствами химического происхождения. Исключение составляет, по всей видимости, только то направление этого вида медицины, которое занимается акупунктурой, гомеопатией или хирургией. Речь может идти только о коренном заблуждении всей аллопатической медицины, этой разновидности медицины, которая претендует служить здоровью человека, но совершенно не занимается его здоровьем. Она проявляет интерес только к различным формам болезни.
Министерство здравоохранения на самом деле является ни чем иным, как Министерством болезни. Министерство и врачи-аллопаты считают, что это не их дело заниматься профилактической работой. Только действующий политик, если его к этому принуждают обстоятельства, может посвятить себя заботе о здоровье своих избирателей. Аллопатическая же медицина полностью утратила свое предназначение, и вместо того, чтобы заниматься профилактической дея-тельностью, она посвящает себя исключительно корыстной цели — усугубле-нию заболеваний. Никто и никогда не встречал врача-аллопата, желающего всем хорошего здоровья.
Не менее опасно и то, когда врачи, пренебрегая профилактическими мера-ми, советуют как больным, так и здоровым диетическое питание продуктами (овощами и фруктами), которые перенасыщены ядовитыми химическими веще-ствами, а в нагрузку прописывают различные лекарства, изготовленные на хи-мической основе. Легко представить различного рода болезни, которые могут возникнуть у пациентов, буквально "напичканных" ядохимикатами. А те же самые врачи продолжают назначать уже окончательно больным людям все но-вые и новые химические элементы в виде медицинских препаратов, чтобы при-остановить те болезни, которые возникли в результате приема ранее назначен-ных медикаментов.
Ни один химик не способен предвидеть, какая реакция произойдет внутри человеческого организма, если в него попали несколько различных лекарств и к тому же нитраты, пестициды, фунгициды, красящие вещества, консерванты, искусственные ароматизаторы, антибиотики, сульфамиды, содержащиеся в мя-се, молоке и других продуктах питания. Не вызывает сомнения, что в таком случае получится "взрывоопасный" коктейль.
В 1991 г. мне был вручен Международный сертификат по экологии челове-ка, который подтвержден университетами Экса, Марселя, Бордо, Брюсселя, Эвора, Женевы, Падуи, Парижа и Тулузы. Тема моей научной работы — "Врачи и общество, отношение между врачами и химической и фармацевтической ин-дустрией — санитарные последствия". В предисловии к этой книге "Общест-венная деятельность, медицина, профессиональный кризис, причины" основная мысль касалась анализа существующих отношений между людьми и окружаю-щей средой, а в качестве одного сюжета была выбрана медицина, к которой я имею честь принадлежать.
Экология окружающей среды: социальный фактор — медицина,
профессия на грани кризиса, причины
Именно терапевты, хирурги, биологи, представители производственной медицины - все они несут ответственность за здоровье населения и поддержи-вают особые отношения не только между собой, но также с больными и здоро-выми людьми. И становится очевидным, что эти взаимоотношения очень раз-ные, и поэтому изучение их особенностей показалось мне увлекательным заня-тием.
Следует заметить, что профессия медика ограничена многочисленными правилами, установленными государственными органами, рамки которых все больше и больше сужаются, лишая врачей необходимой им независимости и возможности в спокойной обстановке осуществлять свою профессиональную деятельность. Поэтому медики, хотим мы этого или нет, на протяжении уже нескольких лет продолжают терять свою профессиональную квалификацию.
Кроме того, медицинский корпус на протяжении последних десятилетий подвергается сильному давлению со стороны производителей фармацевтиче-ской продукции. Это является причиной значительного ухудшения отношений с пациентами, что незамедлительно сказывается на общем санитарном состоянии в стране. Нельзя не учитывать при этом и эволюции сознания самих пациентов. Врачей стали все чаще обвинять в недостаточной компетенции и даже привлекать к судебной ответственности. Наконец, отдельные пациенты, практикующие самолечение, рассматривают врача не иначе, как простое физическое лицо, которое может только выписать необходимый рецепт, и при этом прибегают к неблаговидным ухищрениям с одной только целью - любым способом выманить у врача нужное ему лекарство. Подобная практика самолечения, а также тенденция к выписыванию врачом большого количества лекарств отрицательно сказывается на общем уровне здоровья нации.
Заметно растет население планеты, и возникают новые проблемы, связан-ные и с состоянием экологии человека. Если в доисторические времена немно-гочисленное население Земли могло обеспечить себе существование охотой, рыбной ловлей, сбором плодов и ягод, при этом не нарушая равновесия ни в природе, ни внутри популяции, то что произойдет с семимиллиардным населе-нием планеты к 2010 г., если оно будет стремиться к западной модели развития цивилизации? Что произойдет с санитарным состоянием подобной цивилиза-ции? Какое место будет определено аллопатической медицине, и как она будет развиваться? Чтобы дать ответ на эти вопросы, необходимо, очевидно, конста-тировать существующее положение вещей и пересмотреть как научные дости-жения, так и все ошибки, допущенные современной медициной. Можно пред-положить, что вся медицина была представлена раньше и представляет собой теперь что-то похожее на подсистему в составе общей экологической системы, формирующей и регулирующей население планеты. На протяжении веков эта система держала под контролем все человеческие отношения, эволюцию их мировосприятия, приспособление к окружающему миру, проявляла заботу о тех, кто становился жертвой в результате неблагоприятного воздействия окружающей среды или стал жертвой трагических ошибок специфического человеческого фактора.
Долгое время подобная экологическая система продолжала оставаться ста-бильной, создавая при этом соответствующую климатическую обстановку. Од-нако на протяжении вот уже 20 лет она перестала быть стабилизирующим фак-тором из-за сложившегося отрицательного демографического климата в самом медицинском окружении, оказавшем отрицательное воздействие как на харак-тер самых разнообразных взаимоотношений, так и на ранее сложившееся рав-новесие. Изменились в худшую сторону и порой стали носить непозволитель-ный характер профессиональные отношения между самими врачами.
В результате такого демографического взрыва значительно усилилась вза-имная конкуренция, способствующая снижению профессионального уровня медиков, ухудшению эффективного сотрудничества между ними. Стройный характер взаимоотношений в самой медицинской среде был грубо нарушен не только по причине резкого увеличения количества медицинского персонала, но также из-за нарушения мировоззрения самого населения развитых стран. Непо-колебимость компетенции и специфические знания врачей стали постепенно подвергаться сомнению. Все это представлялось парадоксальным на фоне ог-ромных достижений в области создания новых видов медицинского оборудова-ния, методик проведения анализов, диагностики, ухода за больными и т.д.
Чем дальше в своем развитии продвигалась аллопатическая медицина, тем меньше пациентов прибегало к ее помощи, а если и обращалось к ее услугам, то уже с подчеркнутой осторожностью. Вот почему можно сделать вывод, что в этой области существуют определенные проблемы, с которыми следует разо-браться со всей объективностью. Почему аллопатическая медицина не вызы-вает больше интереса у других медиков, занимающихся нетрадиционной или альтернативной медициной? Чем можно объяснить все больший интерес, проявляемый к этим различным направлениям медицины? Или речь идет про-сто-напросто о
какой-то последней моде? О каком-то новом общественном феномене? Было бы антинаучно закрывать глаза на такой очевидный факт, что проведенный в 1989 — 1990 гг. опрос показал, что более чем 50 % французов консультируются не у медиков-аллопатов. Не стала ли аллопатическая медицина сама жертвой некоторой порочной практики, заключающейся в том, что она увлеклась чрезмерным назначением отдельных лекарств, полученных в результате синтеза и обладающих высокой токсичностью и побочными эффектами.
Чтобы ответить на данный вопрос, я попытаюсь проанализировать, с одной стороны, отношения, существующие между медицинскими работниками и хи-мико-фармацевтической индустрией, а с другой — санитарные последствия, вызванные назначением чрезмерного количества лекарств, правильность выбо-ра которых значительно усложнена.
Чтобы закончить мысль, я приведу слова некоторых медицинских светил по следующей проблеме: каково же предполагаемое будущее медицины?
Лао-Цзы, китайский философ VI в. до н.э., в своем научном труде "Книга пути и добродетели" писал: "Остановите зло, пока оно не возникло. Успокойте душевное расстройство, пока оно не проявилось".
Чтобы совершить полезное дело и изложить все проблемы, со всей остро-той встающие перед медицинским миром, необходимо, прежде всего, сохранить экологию человека.
Этим полезным советом могли бы воспользоваться правительства мира для того, чтобы как можно скорее предотвратить экологическую катастрофу. Кон-серватизм и косность взглядов внутри общества, слепая вера в некоторые дог-матические принципы, которые, как было доказано, являются антинаучными, но продолжают изучаться, приобретая даже форму закона, все это неизбежно рано или поздно приведет общество к его исчезновению.
Медицинский и научный мир наводит на общество страх в связи с большим прогрессом, достигнутом в последние 20 лет в области трансплантации живых органов и манипуляции с человеческими эмбрионами. Широкая общественность задает себе вопрос: откуда появляются трансплантированные органы, сознавая при этом, что совсем рядом существует нищета? Между тем имеется рынок живых органов. Органы воруют у людей, но для этого их сначала убивают, чтобы завладеть органами. Подобные манипуляции, в том числе и над эмбрионом, позволяют говорить о новой концепции: человеческий род представляет собой не что иное, "как исходный материал" или "объект воздействия"?
Таким образом, современный медицинский корпус имеет два противопо-ложных лица, наводящих страх на окружающих: консерватизм, опирающийся на профессиональные ошибки, и прогресс, основывающийся на презрении к человеку.
Любая точная наука отвечает двум критериям:
— объединение суммы всех известных знаний и исследований, выведение законов, обосновывающих отдельные явления (феномены);
— определение путей применения этих законов, тщательно проверяя их действия в избранной области без малейшей поправки, пусть даже са-мой незначительной, учитывая все возможные параметры.
Иначе говоря, строгий научный подход к любому эксперименту, проводи-мому в рамках заранее определенных условий: определенная многократность, неизменяемость параметров, повторение одних и тех же результатов и тех же эффектов — все эти условия оговариваются в так называемом протоколе.
Что касается общей экологии, то здесь может возникнуть настолько боль-шое количество проблем, что всех их невозможно учесть в каком-либо протоколе. Это придает исследованию, с чем легко можно согласиться, более изнуряющий, более тонкий и изысканный, а иногда и противоречивый характер, когда речь идет об оценке полученных результатов.
Если речь идет об экологии человека, то проблема усложняется вдвое, так как результаты, полученные в ходе ранее проведенных опытов, могут вдруг получить отрицательную оценку в результате исчерпывающего и лаконичного объяснения. Подобные объяснения могут исходить от тех, кто организует про-ведение того или иного эксперимента или участвует в разработке тех или иных законов на основе полученных данных в ходе подобных опытов. Я объясню: если дозировка была верной, то химическая реакция неизменно даст один и тот же результат. То же самое будет происходить и с физическим экспериментом, и никто не будет оспаривать того, что кажется научной истиной. Но если речь идет об экологии человека, мы вынуждены учитывать большое количество раз-личных факторов. Кроме того, вступает в силу еще и концепция специфической интерпретации поведения человека.
Как разумное существо, человек не строит одних и тех же отношений ни с себе подобными, ни с другими живыми существами. Способность к мышлению подталкивает его на постоянное осмысливание всего происходящего, а следова-тельно, создается что-то наподобие экрана между той реальностью, которая есть на самом деле, и той, которая представляется ему в мечтах. Отсюда возникают трудности в определении научной закономерности при изучении особенностей поведения как человека, так и животных. Все живое представляет высшую степень сложности.
Приведу простой пример: идеология, настойчиво навязанная и засевшая в памяти народа, может привести самого носителя идеологии к совершенно оши-бочным выводам относительно порядка построения взаимоотношений с такими же людьми, как он, с животными и другими формами материи. Достаточно представить, к каким непоправимым ошибкам и к какой лжи привели идеологи нацизма, коммунизма и некоторых религий, которые не гнушались каких-либо искажений в ходе опытов и экологических исследований.
Логический подход к тому или иному явлению представляет собой непре-одолимое препятствие на пути научного исследования. Из-за этой способное человеческого разума было совершено большое количество ошибок, исчез объ-ективный подход к предмету исследования, которого мы всегда ждем от иссле-дователей, или он подвергался изначальному или уже приобретенному субъек-тивному суждению, становясь, в конце концов, догмой. Так было, к примеру, в отношении неизменности материи, фактора ее преобразования из одного со-стояния в другое и т.д.
Если привести пример из области медицины, то не нужно забывать, что только к концу 50-х годов начали всерьез принимать во внимание психические расстройства. Благодаря экспериментам, некоторые врачи признали, что нару-шенная психика является одной из основных причин отдельных заболеваний. Поэтому, начиная с 1975 г., врачи стали прописывать пациентам плацебо (ин-дифферентное вещество, по внешним признакам имитирующее какое-либо ле-карственное средство), которое оказалось способным облегчать страдания, а порой и лечить некоторые болезни.
Подобные ошибки были характерны для начала XIX в., когда ученые мужи во имя превосходства человеческого разума над всем остальным миром рас-сматривали человека, дитя природы, исключительно с физиологической точки зрения. Это может показаться совершенно парадоксальным, поскольку именно ученые утверждали мысль о существовании в природе того же самого разума. На самом же деле они попытались причислить человека к разряду исключи-тельно психологических и механических феноменов таким же образом, как они поступали по отношению к материи, животным и растениям. Увы! В их науч-ных трудах главный принцип так и не был принят во внимание, а именно тот принцип, которому они так и не смогли дать точного определения и который они обошли стороной: это принцип объективного сосуществования. Во имя здравого смысла был отброшен принцип созидания, который, по их мнению, восстанавливал вышедшее из моды дедовское суеверие. Ему ставилось в вину то, что он держал науку в темноте и невежестве. Эти ученые мужи, ослеплен-ные своей собственной доктриной, упустили главное: принцип объективного сосуществования. А без уважительного отношения к нему невозможно сделать точные, а значит, и научные умозаключения.
Физиолог Клод Бернар в своем труде "Принципы экспериментальной ме-дицины", вышедшем после его смерти (записи он вел с 1862 г. до самой смерти в 1878 г.), после многочисленных опытов над животными написал: "Я доказал, что можно манипулировать как над отождествленными, так и над неотождеств-ленными телами". И это его аксиома.
Но затем оказалось, что сомнения закрались в его разум, который не мог уже не признавать факт индивидуальной формы жизнедеятельности, существо-вание которой он всегда отрицал.
На стр. 145 он пишет:
"У неотождествленного существа отсутствует какая-либо неуправляе-мая спонтанность или какая-либо отличительная индивидуальность; поэтому при работе с таким объектом всегда можно быть уверенным в конечном ре-зультате. Но когда речь идет о живом существе, фактор индивидуальности неизменно вносит элемент повышенной сложности; нужно учитывать, что помимо внешних факторов, индивидуум подвергается воздействию еще и орга-нически присущих ему внутренних факторов, называемых внутренней средой".
"Нужно отвечать за свои поступки. Если кто-то признал, что он совер-шил неблаговидный поступок, то это значит, что он сделал что-то разумное. Нет никакого сомнения, что нужно доверять реальным фактам, однако их следует все же перепроверять. Мы наделены природой разумом, чтобы объяс-нять те или иные поступки, а совершаем поступки, чтобы менять мировоззре-ние и не допускать противоположных умозаключений".
Какое признание сделано этим жестоким жрецом, совершавшим жертво-приношения. На своем смертном одре, без окружения членов своей семьи, ко-торых уже тошнило от его практических опытов над животными, окруженный лишь своими коллегами по "живодерству", он прошептал своему ассистенту Арсонвалю: "Наши руки пусты, и только на наших губах застыли обещания!"
Каков сценический крах этого ученого мужа! Но все же весь западный на-учный мир продолжает называть Клода Бернара "гением" и приводит в качестве доказательства его мнимое научное открытие о предназначении поджелудочной железы и гликогенной функции печени. Особенно после того как, искалечив тысячи собак, Клод Бернар сделал ошибочное умозаключение о том, что печень вырабатывает сахар, потому что он не смог обнаружить сахар в воротной вене, которая как раз впадает в печень!! Существует ли еще более ошибочное умозаключение? А между тем французский словарь Ларусс и энциклопедии продолжают спокойно утверждать о том, что Клод Бернар открыл гликогенную функцию печени... И весь университетский мир, как во Франции, так и в ряде других стран, верит в это и по сей день!!!
Клод Бернар рассматривал физиологические исследования как какую-то самоцель. Это он подтверждал неоднократно. В его труде "Принципы экспери-ментальной медицины", впервые опубликованном только в 1947 г., были отра-жены его последние идеи и окончательные взгляды на жизнь:
"Мы только установили, что профессиональная медицина должна отли-чаться и быть отделена от научной, теоретической и практической медици-ны. С этой точки зрения она не должна быть включена в рамки нашего образо-вания, которое является исключительно научным ".
Он даже выразил свое особое презрение к профессии медицинского работ-ника:
"Я только констатирую тот факт, что медицина рассматривается большинством врачей как один из немногих видов промышленного производст-ва и считаю, что на них возложена особая ответственность поступать так, как они поступают сейчас. Я думаю, что при подобном подходе к этой про-блеме они могут при определенных обстоятельствах серьезно посмотреть друг другу в глаза ".
В заключение можно задать вопрос: что полезного внес Клод Бернар в нау-ку и в медицину в частности? Ответ будет таким: совершенно ничего. Собст-венно говоря, он признал это и сам, когда лежал на своем предсмертном одре: "Наши руки пусты...".
А что говорить о Луи Пастере, который в бактериях и вирусах видел ос-новную причину различных заболеваний. Он совершенно не желал признавать того, что теперь уже доказано: микроб развивается или только в ослабленном организме, или вследствие его химического отравления, или в том случае, если организм остается без какого-то главного для него элемента, с помощью кото-рого он поддерживает свою иммунную систему.
Микробы являются ни чем иным, как отягощающим фактором, порождаю-щим видимые проявления болезни. И только вследствие какой-то небрежности или ошибки еще в XIX в. наука была направлена по ложному пути, рассматри-вая человека, как объект для физиологического и механического изучения и при этом не учитывая жизненно важного принципа, формирующего из живых существ организмы невероятной сложности.
Для Луи Пастера и Роберта Коха микроб представляется уже в виде болез-ни, а проявление болезни следствием заражения микробом. Но теперь нам из-вестно, что микроб не всегда вызывает болезнь, которую ему приписывают, а болезни могут возникать не только из-за присутствия микробов в живом орга-низме.
Большинство энциклопедий приписывает Луи Пастеру открытие — микробы не возникают на пустом месте, а появляются от других микробов и их может разрушить только высокая температура. Но такое открытие было сделано Ладзаро Спалланцани еще в прошлом веке! В дальнейшем Луи Пастер лишь проверил на практике это открытие Спалланцани о том, что для гибели микробов необходима соответствующая температура.
Не нужно также забывать, что скромный Антуан Бешан, доктор медицин-ских наук, профессор химии и физики, лектор Парижского университета пер-вым сформулировал микробную теорию. Документы из официального архива доказывают также, что Бешан раньше, чем Луи Пастер, сделал открытие о про-исхождении болезни шелковичного червя. Поэтому сегодня мы вправе утвер-ждать, что Пастер лишь успешно воспользовался открытием других ученых.
Таким образом, можно констатировать тот факт, что медицину и ее обяза-тельное приложение — фармацию — нельзя рассматривать как научные на-правления, а скорее как искусство, которое с большими трудностями начало свой дебют еще в XX в. А что можно ожидать на заре XXI в.? Медицина и фар-мация не опираются на какие-либо научные критерии, а скорее на ошибочные данные, и это вызывает особую тревогу, ибо они идут порой на плутовство, и поэтому в ближайшем будущем от них можно ожидать самого худшего. Чего ожидали, то и произошло: были потрачены целые десятилетия на так называе-мые исследования, которые нанесли огромный ущерб как больным, так и здоро-вым.
Медицина – это наука?
Энциклопедический словарь Ларусс и некоторые другие энциклопедиче-ские издания дают следующие определения медицины: "Это наука, которая определяет способы сохранения здоровья и лечения болезней" и фармации: "Искусство изготовления лекарств".
Эти определения неверны. Медицина не является наукой.
Что касается фармации, то в старые времена аптекари отдавали все силы искусству изготовления лекарств, но с появлением фармацевтических предпри-ятий это искусство превратилось в обычную коммерцию.
Как правило, фармацевт обязан был знать о возможных последствиях хи-мического взаимодействия лекарств, предписанных в рецепте, и вовремя при-нять решение о недопущении их содержания в одном и том же рецепте, если он отдавал себе отчет в той опасности, которая может ожидать пациента. Но так не происходит или по причине незнания фармацевтом побочных явлений выпи-санных лекарств, или кого-то из продавцов лекарств устраивает подобный ре-цепт.
Вот почему в рамках моего труда можно проследить, в каких специфиче-ских взаимоотношениях находятся представители этих профессий, как между собой, так и с основной массой населения, которая до последнего момента вы-казывала им полное доверие.
Но подобное доверие было подорвано. За последние пятьдесят лет внутри западного общества произошла значительная эволюция буквально во всех об-ластях, и особенно в области экономики. Технический прогресс буквально по-тряс трудовой мир. Менталитет и нравы изменились сами и повлекли за собой изменение многих ценностей.
Избежал ли мир медицины и фармации подобных изменений? Конечно, нет. Фармацевт, а прежде аптекарь, который мог гордиться своим искусством изготовления лекарств, с появлением новых лабораторий стал простым коммер-сантом.
Что касается медицины, которая и прежде не претендовала называть себя наукой, то придерживается ли она своего рода искусства или стала простым распределителем медикаментов под влиянием тех же самых лабораторий?
Вот те самые вопросы, на которые я попытаюсь ответить со всей объектив-ностью.
Ввиду того что фармацевтические лаборатории занимают важное место в деятельности этих двух родственных профессий, я попытаюсь выяснить, что представляют собой эти предприятия, производящие не только медикаменты, но и химические субстанции в большинстве синтетического происхождения, предназначенные для растений, животных и человека. А также будет изучено, какой вред несут эти субстанции для почвы, воздуха, человека и, в конце концов, для продуктов питания.
Эти промышленные предприятия создали несоизмеримое загрязнение, по-ставив под угрозу существование многих как неодушевленных, так и одушев-ленных видов. В Берне (Швейцария) во время последнего международного кон-гресса по вопросу охраны окружающей среды я закончил свое выступление следующими словами, которые прозвучали как призыв международному обще-ственному мнению:
"Защищать озонный слой - это хорошо, но более важно было бы позабо-титься о решении проблемы медикаментозного и продовольственного загряз-нения. Пришло время обратиться к разуму и начать биологический способ ведения сельского хозяйства. Наступило время возвратиться к гуманной медици-не. Вопрос стоит о выживании человечества".
Подобные утверждения являются основой моей работы, и я прошу коллег извинить меня за некоторую жесткость в изложении своей позиции.
В конце 1989 г. один журнал с периодическим изданием 3,5 млн. экземпляров напечатал мою статью на шести страницах: " Медицина — роковая профессия". Со статьей ознакомились более 10 млн. читателей и, возможно, сделали поспешные и ошибочные выводы.
В феврале 1990 г. другой журнал, выпущенный практически таким же ти-ражом, напечатал мою статью "Врачи, начинается настоящий кризис..." на пяти страницах.
Широкие массы читателей были проинформированы, почему медицина продолжает игнорировать сложившуюся обстановку, придерживаясь "страуси-ной" политики, и не стремится реформироваться. Для этого оказалось необхо-димым засвидетельствовать фактическое положение медицины, даже если это было кому-то неприятно. Вот именно поэтому я и посвятил себя экологии чело-вечества.
Краткий исторический очерк о медицине
Весь мир согласится с тем, что Гиппократа можно считать самым выдаю-щимся врачом античного мира, а некоторые считают его даже и самым великим врачом современности. Возможно, это и правильно. Он жил в V в. до н.э. и был, по словам историков, великим клиницистом. Между тем следует отметить, что до нас не дошло ни одного из его произведений, только известно, что они суще-ствовали, так как на них ссылался в своих записях Платон.
По словам историков всех времен, Гиппократ был достоин уважения, был одновременно и историком, и талантливым врачом, считал, что только природа может вылечить больного, а задача врача состоит в том, чтобы усиливать ле-чебную силу природы при лечении больного, направлять ее и не создавать при этом препятствий. Кроме того, Гиппократ отдавал предпочтение этическим ценностям в медицинской практике. Придерживаясь гигиены и диеты, он не упускал случая прописывать больному травы, прибегал к хирургии в том слу-чае, если это оказывалось необходимым.
Лечебное наследие Гиппократа, которое считалось совершенным на протя-жении нескольких столетий, было забыто, и только в наши дни врачи выбрали его имя для названия своей профессиональной клятвы, принципы которой они, к сожалению, не выполняют.
С появлением имени Галена, гуманные и гигиенические принципы Гиппо-крата были подвержены презрению, а его теория - отрицанию. Гален учил, что гной обладает лечебным свойством и является основным признаком выздоров-ления, что фрукты вредны, что моча выделяется прямо через полую вену, что кровь просачивается от правого предсердия в левое через невидимые поры, что у женщины две матки: одна для детей мужского пола, другая — для детей жен-ского...
Этот выдающийся практик никогда не признавал циркуляцию крови, сове-товал не соблюдать гигиену тела во имя своих религиозных принципов и забыть о каком-либо чувстве стыда.
Начиналась эпоха долгого сотрудничества между церковью и галенистами, которая продолжалась несколько веков. И во имя этого сотрудничества про-изошло несколько вспышек опасных эпидемий, поразивших эпоху средневеко-вья из-за отсутствия гигиены.
И только в 1628 г. появился трактат Вильяма Харвея о циркуляции крови, который воодушевил сторонников Гиппократа. Между прочим, китайцам было известно еще в 2650 г. до н.э., что кровь контролируется сердцем и что сущест-вует такой феномен, как постоянный прилив и отток крови.
Позже появился Ладзаро Спалланцани, который впервые открыл, что мик-роб не возникает из ничего. И, наконец, Эдуард Дженнер со своей вакциной против оспы. Потом появились Луи Пастер и Роберт Кох.
Вот очень короткое историческое резюме по медицине. Но стоит подчерк-нуть с самого начала, что медики получили то, что им оставили в наследство Гиппократ, Гален, Пастер и Клод Бернар. Однако стоит задуматься, почему произошло так, что ошибочные модели, созданные "учителями", не считая Гип-пократа, были бездумно применены на практике их "учениками".
Один простой пример: скольким сейчас больным с воспалительным про-цессом в костях прописываются противовоспалительные средства и кортикои-ды!
Аллопатическая медицина лечит последствия, а не причины. Она облегча-ет, но не лечит. После прекращения приема этих лекарств артритная боль воз-никает вновь. Легко представить себе замешательство всего медицинского кор-пуса, которое стало сегодня обычным явлением, и как подобное замешательство сказывается на напряженном характере отношений между самими врачами, которые не могут понять друг друга.
Формирование медицинского корпуса и отношения
между его членами
Медицинских работников можно разделить на следующие главные катего-рии: терапевты, специалисты биологи, специалисты производственной медици-ны, хирурги, врачи профилактической медицины и преподаватели университе-та.
ТЕРАПЕВТЫ
Это врачи, которые имеют общую медицинскую подготовку, многое по-знают на практике, если они обладают большими способностями. Как правило, независимо от того, способные они или нет, если в их практике встречается патологический случай, причину которого они не могут понять или боятся при-нять самостоятельное решение, то автоматически направляют пациента к спе-циалисту.
СПЕЦИАЛИСТЫ
Это врачи, которые считают, что они знают весь материал по своей специ-альности или претендуют на то, чтобы знать все. Они представляют наиболее престижную категорию врачей и формируют резерв для пополнения элитных рядов хирургов. В общем, они свысока смотрят на терапевтов как на малообес-печенных представителей медицинского корпуса и, напротив, с большой симпатией относятся к хирургам.
Невозможно закончить этот обзор, ничего не сказав об анестезиологах, не-обходимых помощниках хирургов, которые отличаются высокой профессио-нальной этикой. То обстоятельство, что они всегда отвечают за жизнь пациен-тов, дает им право занимать высокий ранг среди медицинских работников. Именно от выбранной дозы анестезиологических препаратов и от профессио-нального опыта зависит успех хирургического вмешательства. Без них 95 % операций просто бы не состоялось. Хирурги целиком и полностью зависят от анестезиологов. Если бы не надо было принимать во внимание восприимчи-вость пациентов к тем или иным лекарствам, перед этими врачами вообще ни-когда не стояло бы никаких проблем. Но нужно отметить, что врачи-анестезиологи никогда не известны пациентам, которые их не знают, а благода-рят только хирурга.
ПРЕПОДАВАТЕЛИ УНИВЕРСИТЕТОВ
Одни врачи занимаются лечебной практикой, а другие не практикуют во-обще. Поэтому легко понять, что первые имеют значительное преимущество перед другими.
В той области, в которой практический опыт является необходимым усло-вием для создания базы теоретических знаний (чтобы научить других тому, что тебе самому хорошо знакомо), кажется совершенно недопустимым, когда кто-то пытается, занимая должность преподавателя, научить кого-то, не имея при этом никакого практического медицинского опыта. Но, к сожалению, нам известно много преподавателей, знания которых ограничиваются лишь одной книжной теорией. При таком положении вещей печально сознавать, что некоторые профессора университетов излагают сомнительные и непроверенные на практике теории в зависимости от того, к какой медицинской школе они принадлежат, усвоенные во времена их собственной учебы, и которые они пытаются навязать своим ученикам, потому что кроме этого они ничего не знают.
Существует опасный фактор поддержания высокого качественного уровня образования: всякая дискуссия о правильности какой-либо теории или ее опро-вержении со стороны студентов является совершенно недопустимой, так как их опрашивают на экзаменах только в рамках той программы, которая им была дана во время лекций, и невозможно что-либо добавить или выбросить. Если бы можно было оспаривать некоторые преподаваемые принципы, то тогда можно было бы рассчитывать на какие-либо серьезные размышления и, вполне вероят-но, это могло способствовать прогрессу медицинских дисциплин. Любое опро-вержение какой-либо теории обязательно повлечет за собой как вопросы, так и ответы. Поэтому, как правило, лекции в университетах проходят не в творче-
ской обстановке. По крайней мере, так происходит во французских университе-тах, чего нельзя сказать об учебных заведениях США и англосаксонских госу-дарств.
"Сидячие" профессора, то есть те, которые никогда не имели лечебной практики, в отличие от тех, кто постоянно практикует помимо преподавания в вузе, создают впечатление распространителей теоретических умений, а не зна-ний. На самом деле, они считают себя государственными служащими, наделен-ными обязанностью преподавать только то, что им поручено государственной программой: раскрывать только одну проблему и никаких больше отступлений. За редким исключением это довольные собой и своей авторитарной властью люди, демонстративно уделяющие недостаточно внимания студентам, мало интересующиеся своим предметом, безразлично относящиеся к коллегам. Они презирают друг друга и пользуются недостойными способами для достижения удачной карьеры и чаще всего в ущерб интересам своих коллег.
Стоит также заметить, что именно эти "сидячие" профессора назначаются министром здравоохранения на важные и ответственные должности. К примеру: комиссия по доверию, которая наделена полномочиями определения целесообразности выпуска того или иного лекарства перед его промышленным производством.
Подводя итог сказанному, отмечу, что книжные издательства не перепол-нены произведениями вышеуказанных ученых мужей, которым, очевидно, по большому счету и сказать нечего...
ХИРУРГИ
Хирурги находятся на вершине мировой медицинской пирамиды, работают по призванию, их профессия требует от них огромной ответственности и профессионализма, несмотря на то что они работают с медицинской техникой высокого качества. За последние пятьдесят лет именно хирурги и биологи способствовали значительному прогрессу в области медицины. Они снисходительно относятся к терапевтам, не проявляя к ним никакого интереса, и напротив, много внимания уделяют специалистам, кото-рые являются основным резервом для пополнения их рядов. Между ними существуют различного рода "договоренности" и "соглашения".
Как и во всякой профессии можно встретить "паршивую овцу, портящую все стадо", так и среди хирургов, к сожалению, есть такие, которые делают со-вершенно ненужные операции с одной лишь целью — извлечь из этого любую выгоду. Хотя последнее время это встречается реже.
В 1960 — 1970 гг. считалось, что одна треть всех хирургических вмеша-тельств была нецелесообразна и (особенно в США). В эти годы средства массо-вой информации муссировали в своих периодических изданиях несколько на-шумевших процессов.
БИОЛОГИ
Биология, которая аккумулировала в себя достижения всех наук, основным предметом своего изучения считает живые существа и те феномены, благодаря которым они развиваются. Можно предположить, что каждый индивидуум является биологом, который в течение всей своей жизни продолжает свою по-знавательную практику. Находит ли он во время этих наблюдений для себя ка-кие-либо закономерности? Но это уже другая тема для рассуждений.
Биолог, посвятивший свою жизнь проведению основательных исследова-ний, занимает очень важное место в медицинском мире. Именно его научные труды позволили медицине достичь за последние 10 лет фантастического про-гресса. Открытие молекулярной структуры живой клетки и сегодня можно счи-тать самым важным достижением в истории человечества. Исследования в об-ласти причин образования раковой клетки генной инженерией уже не считают-ся достижениями в области биологии.
Всего лишь 25 лет назад молекулярная биология открыла перед человече-ством невообразимые горизонты.
Она создала, в чем нет сомнения, основы медицины будущего. Она не из-менила основы сегодняшней медицины, она ее революционизировала, заняв в этой системе ведущее место. Современная медицина все больше начинает иг-рать второстепенную роль. Это стало понятным, начиная с того момента, "когда биология стала способной управлять генами: дефектные гены, которые могли бы вызвать серьезные заболевания, стало возможным заменять здоровыми. Открылась дорога к генетическим манипуляциям путем изменения самих генов".
Современное могущество биологии настолько велико, что она ставит перед медицинским миром этические проблемы. Теперь общество с помощью органов государственной исполнительной власти отныне и навсегда берет на себя обязательство принимать необходимые меры по ограничению некоторых опытов или по запрещению их. Теперь молекулярной биологии дали раз и навсегда классификацию "генетического гения".
Наряду с биологами высокого уровня встречаются биологи, работа которых сводится лишь к исследованию анализов в частных лабораториях. Если совсем недавно можно было отмечать их высокий профессионализм, качество проде-ланной работы, то сейчас об этом говорить не приходится. С помощью как про-стых, так и высококачественных приборов осуществляется автоматический ана-лиз крови и мочи, вследствие этого получаются удивительно противоречивые результаты. Одна журналистка в один день сдала семь анализов крови в различ-ных лабораториях. Полученные результаты представляли собой различные ва-риации в оценке отдельных элементов: как незначительных изменений, так и существенных. Биологи, работающие в лабораториях, а также отдельные меди-ки стали или коммерсантами, или фабрикантами, живут за счет большого коли-чества выписываемых рецептов их коллегами, имеющими медицинскую прак-тику.
Что касается высококлассных биологов, имеющих намерение и дальше способствовать прогрессу медицины, то они продолжают рассматривать прак-тическую медицину как второстепенную дисциплину, которой предназначено исчезнуть в самое короткое время.
Позволю заметить, что биологи лабораторий, и это всем известно, не заин-тересованы в оказании какого-либо внимания как больным, так и здоровым, мафия являющимся их клиентами. Их внимание привлекают лишь врачи, поставляю-щие им через пациентов щедро заполненные рецепты. Чтобы это понять, доста-точно опросить одного из таких работников лаборатории о значении слишком завышенных или слишком заниженных процентов элементов в сделанном ана-лизе. Он вам ответит, что он не обязан в это глубоко вникать, это дело лечащего врача, имеющего право на оценку полученных результатов и на предоставление соответствующих объяснений.
Несмотря на большие ошибки в результатах анализов, биологи лаборато-рии никогда не получают каких-либо претензий ни со стороны врачей, ни со стороны клиентов. Результаты никогда не ставятся под сомнение. На них никто не жалуется. Но можно себе представить последствия ошибки лечащего врача, который ради денег выписал здоровому пациенту рецепт, содержащий моче-гонный препарат или средство, уменьшающее содержания холестерина. После подобного приема лекарств в организме пациента резко возрастет процент хо-лестерина или триглицеридов (нейтральных жиров).
И, наконец, следует заметить, что врачи-биологи прямо конкурируют с фармацевтами-биологами и наоборот. Большое количество лабораторий объе-диняется в настоящее время в ассоциации медиков и фармацевтов, которые до-говариваются никогда не упускать такого выгодного рынка, каким является лабораторное исследование. И чем дальше, тем больше мы убеждаемся, что эти исследования оказываются совершенно бесполезными, неверными или чрез-мерно обобщенными, а все это стоит целого состояния Службе социального обеспечения, а, следовательно, и налогоплательщикам.
Профилактическая медицина сознательно игнорируется
Комментаторы или врачи, принимающие участие в очень редких телевизи-онных передачах на тему здоровья, рассказывают о той или иной болезни, о средствах по ее облегчению, о том, что необходимо для полного выздоровле-ния, об особенностях хирургического вмешательства. Но при этом никогда не рассказывают телезрителям ни об этиологии заболевания, ни о методах его профилактики. Представителям медицины такое поведение кажется вполне нормальным по соображениям, которые будут изложены мной ниже.
Все атаки медицины в последнее время направлены только на алкоголь и табак, которые представляются в качестве основной причины возникновения такого заболевания, как рак. Но подобные утверждения равносильны тому, что выражать негодование по отношению к слабоумному. Как будто воздержание от употребления этих продуктов является единственным средством предотвра-щения раковых заболеваний! В настоящее время уже известно много случаев рака, вызванного продовольственным, атмосферным и медикаментозным за-грязнением, а также воздействием вирусов.
Кто из профессоров медицины выступил перед телезрителями с лекциями о вреде употребления в пищу растительных масел, круп, выращенных с помощью нитратных удобрений, овощей и фруктов, обработанных пестицидами, фунгицидами, ядохимикатами, употребления воды из некоторых загрязненных регионов, что может вызвать раковые заболевания в больших количествах, чем табак и алкоголь! Мне неизвестны такие врачи. Против подобных запрещений выступает само государство. Можно только представить, какая паника могла бы охватить население, большинство агропромышленных производств вы-нуждены были бы приостановить свое производство, что повлекло бы за собой увеличение безработицы и разорение тех, кто не использует биологические методы ведения сельского хозяйства.
Вследствие такого благоразумия государство выглядит следующим обра-зом: чем вызывать подобную экономическую катастрофу на государственном уровне и ставить под угрозу благосостояние нации, нужно скорее смириться (как с наименьшим злом) с ежегодным появлением раковых заболеваний у при-мерно 350 тыс. граждан и тяжелых заболеваний у 2—3 млн. человек только во Франции. Среди этих 350 тыс. ежегодно умирают в тяжелых физических и мо-ральных страданиях от 210 до 220 тыс.
На 2—3 млн. населения, заболевшего серьезными болезнями, приходится 250 тыс., болезнь которых длится от 5 до 10 лет и заканчивается летальным ис-ходом, остальные же продолжают страдать более или менее ограниченный пе-риод времени и тем самым представляют для медицинского корпуса огромный финансовый источник обогащения.
Для государств ЕС, население которых составляет примерно 320 млн. жи-телей, раковые заболевания поражают ежегодно 2,7 млн. человек, что составля-ет примерно 8,5% населения, а серьезные заболевания поражают от 16 до 18 млн. жителей. Из 2,7 млн. раковых больных 6 % умирают, что составляет около 1,62 млн. человек. Из 16—18 млн. заболевших тяжелыми болезнями умирает до 10 %, что составляет от 1,6 млн. до 1,8 млн. летальных исходов. Отсюда можно констатировать тот факт, что интересы государства и медицинского корпуса полностью совпадают. Поэтому речь не идет о какой-либо профилактической работе. Каждый день врачи выписывают около 550 тыс. рецептов, каждый из которых содержит в среднем до 3,7 медикамента. А в некоторых рецептах на-считывается до 12 лекарств, среди которых наиболее часто предписываемых — от 6 до 10. Из 550 тыс. рецептов, выдаваемых ежедневно во Франции, примерно 70 тыс. таят в себе очень большую опасность.
Вывод оказывается простым: все больные являются жертвами настоящего медикаментозного загрязнения. Медицинская практика представляет собой настоящее золотое дно для фармацевтических лабораторий и одновременно бездонную пропасть для государственной Службы социального обеспечения, а, следовательно, и для ряда страховых кампаний.
В любом случае медицина не может сослаться на статистические данные своих успехов в лечении большинства болезней. Занимаясь, как правило, только лечением последствий заболевания, которые ей удается изменять с большим или меньшим успехом, официальная аллопатическая медицина, претендующая на звание научной, как правило, не излечивает больных, а только временно облегчает их страдания. В течение последних 20 лет количество больных, подверженных различного рода заболеваниям, не прекращает увеличиваться. Появляется все большее число больных с новыми заболеваниями, которые были неизвестны даже нашим предкам.
Если бы профилактическая медицина занимала более твердую пози-цию в Европейской санитарной системе, то можно было бы рассчитывать на сокращение смертных случаев на 1/3 от их общего числа. Однако такой позиции профилактической медицины не существует, так как аллопатическая медицина приступает к выполнению своих функций только в случае появления признаков какого-либо заболевания и только при необходимости предписания пациенту какой-либо химической субстанции. Из определения, данного слова-рем Ларусс ("Медицина... это наука, которая учит методам сохранения здоровья и лечения заболевания"), видно, что первая часть этого определения не принимается во внимание аллопатической медициной.
Аллопатическая медицина не интересуется личностями, у которых от-менное здоровье и которые стремятся к его сохранению. Она занимается лишь теми, у кого здоровье пошатнулось. Этим она отличается от боль-шинства направлений медицины, практикуемых в мире. Она характерна для западного мира с его развитыми формами цивилизации.
Говоря другими словами, западный мир не прилагает никаких усилий для сохранения здоровья нации и прибегает к услугам медицины лишь в том слу-чае, когда уже слишком поздно, когда болезнь уже наступила. Отсюда неве-роятная санитарная обстановка, сложившаяся в странах ЕС, в которых один европеец из трех страдает хронической болезнью (данные 1999 г.).
Производственная медицина
Специалисты этой отрасли медицины немногочисленны и мало оплачивае-мы. Без сомнения, это объяснимо. Их специальность очень важна для той части общества, которая составляет мир трудящихся. Они находятся в постоянном контакте с социальной категорией, мало привыкшей к врачебным консультаци-ям, а постановка диагноза представляет собой нелегкое дело. Действительно, медицинский работник предприятия, чтобы поставить диагноз, должен быть опытным физиологом, иметь хорошее чувство интуиции и быть большим гума-нистом. Кроме того, он обязан иметь глубокие знания, не связанные с медици-ной, именно ему должны быть хорошо известны условия труда на данном про-изводстве, где работают его пациенты.
В рамках своей деятельности участие этой категории медицинских работ-ников в загрязнении общества исключается. Они в этом не участвуют. Напро-тив, врач на производстве работает так, чтобы оградить рабочих от воздействия возможного загрязнения.
Некоторые определения медицины
Если учесть определение медицины, сформулированное словарем Ларусс, то выходит, что врач — это тот специалист, который имеет медицинскую прак-тику, кто взял на себя ответственность обучить население методам сохранения здоровья и лечения болезней.
Это определение кажется неточным и неполным, так как оно не уточняет, кого же врач должен обучать методам сохранения здоровья после того, как он получил эту специальность в результате долгих лет учебы. Больного или здоро-вого? Или обоих?
Но, если считать, что медицина – это наука, которая помогает врачу лечить болезни, то, следовательно, врач – это ученый. И мы вправе полагать, что все болезни, подход к которым осуществляется с научной точки зрения, должны лечиться только с применением научной методологии. Если научные законы управляют научными феноменами, а, следовательно, дают им объяснение и указывают на причину того или иного заболевания, то в этом случае перед человечеством не должно стоять какой-либо проблемы с возникновением болезней. В случае их появления они должны немедленно исчезать и больше не появляться. Но нам-то хорошо известно, сколько существует болезней! Создается впечатление, что врач раскрывает методы сохранения здоровья только тем, кто его уже потерял, и очень редко совершенно здоровым. Ста-новится уже слишком поздно и врачу не остается ничего другого, как расска-зывать больному о том, как ему вновь возвратить утраченное здоровье. Поэтому все отдают себе отчет в том, что европейская медицинская система неблагосклонно относится к профилактическим мероприятиям, на которых базируется вся серьезная медицина.
Конечно, всегда можно предположить, что совершенно здоровые люди мо-гут не прийти к врачу за консультацией, следовательно, и врач не может напра-вить свои знания на профилактическую работу! В том-то и состоит драматизм ситуации, что врачи-практики только отсиживаются в своих консультативных кабинетах. В высоких кругах медицинской иерархии можно встретить врачей, на которых возложена обязанность заботы о публичном здоровье. Эти люди работают в министерствах здравоохранения и научно-исследовательских учре-ждениях. Было бы вполне полезным, если бы эти инстанции через средства массовой информации доводили до каждого гражданина методику предупреждения заболеваний, связанных, например, с режимом питания. Тогда можно было бы избежать таких серьезных заболеваний, как рак, рассеянный склероз и ряд других болезней.
Однако вышеназванные инстанции также погрузились в молчание, и для этого у них есть свои причины! Если они активизируют свою деятельность, то они посягнут на жизнеспособность самой медицинской профессии, так как без больных врачи не смогут ни жить, ни процветать. Это вполне объяснимо. Чем больше больных, тем это выгоднее как для врача, так для всех его естественных попутчиков - фармакологической индустрии и фармацевтов.
Если бы они активизировались, они бы создали прецедент для разорения как производителей лекарственных препаратов, так и агропромышленной инду-стрии, которые являются экономической основой процветания нации, формирования национального дохода и создания новых рабочих мест.
Исходя из вышесказанного, приходишь к следующему ошеломляющему выводу: чем больше больных людей, тем более процветает общество в за-падном мире.
Западный мир не будет процветающим со здоровыми людьми, активными в работе, и наоборот, если население не совсем здорово, то этим воспользуются владельцы химической и фармацевтической промышленности.

Эти отрасли производства представляют собой государство в государстве, они находят всяческую поддержку у самого государства, которое чаще всего является владельцем или совладельцем этих предприятий. Фармацевтическая и агропромышленная индустрии представляют собой для государства более важ-ный источник прибыли, чем индустрия вооружения.
Следовательно, тот, кто знает, какие огромные интересы поставлены на карту, предпочитает помалкивать. Государство все держит под своим контро-лем. И не надейся, дорогой читатель, что ты когда-нибудь увидишь по телеви-дению выступление министра здравоохранения, рассказывающего тебе о вреде употребления растительного масла из-за некачественной технологии его приго-товления, но, тем не менее, рекламируемого телевизионными кампаниями, или об опасности приема медикаментов, изготовленных на основе клофибрата, ре-комендованных в течение последних 20 лет больным с повышенным уровнем холестерина в крови. По статистике, это заболевание на 25% увеличило число смертельных случаев (по этому поводу было проведено международное рассле-дование под эгидой Всемирной организации здравоохранения во многих стра-нах в течение 5 лет среди 15 тыс. пациентов).
Вложения
Фармацевтическая мафия.doc
(2.08 МБ) 838 скачиваний

Вернуться в «Книги»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 3 гостя